Армия древней греции


Справочник автора/Древнегреческая армия — Posmotre.li

Стройплощадка, наденьте каску!Эта статья сейчас в процессе написания. Автор задумал нечто объёмное и застрачивает сюда текст по частям. Пожалуйста, дождитесь, пока он закончит, и только потом редактируйте: не создавайте неудобства себе и ему.

Периоды[править]

Некоторые источники[править]

Граждане[править]

Служба в армии — обязанность каждого гражданина полиса, а по сути — неотъемлемая часть гражданства.

Гражданство в древнем мире

Гражданство — не право, а привилегия и набор прав и обязанностей. Серьёзный проступок, нанёсший ущерб полису, злоупотреблением правом или пренебрежение обязанностями могли быть вынесены на суд и карались атимией — ограничением либо полным лишением гражданских прав.

Каждый гражданин должен был иметь оружие и снаряжение и знать военное дело[1]. Служба, как правило, начиналась с объявления военной кампании, по окончании которой солдат распускали.

Эфебы (юноши) — молодые афиняне, призванные на военную службу независимо от обстановки. Эта служба одновременно служила школой военного дела и обеспечивала полис постоянными войсками для охраны границ, поддержания порядка, крепостных гарнизонов и отрядов постоянной готовности. Фактически принятие в эфебы означало принятие в граждане — при поступлении на службу эфеб приносил клятву верности не службе, а городу и народу.

Получение гражданства

Поскольку гражданство — это и права и обязанности, гражданство предоставлялось только взрослым людям — выросшим детям граждан и отличившимся иностранцам. И только мужчинам, потому что женщинам не положено воевать.

В Лакедемоне военное обучение и военная служба начиналась с детства. Помимо прочих задач на молодежь возлагались криптии (тайные войны) против илотов (государственных рабов).

Военная структура прочих городов вероятно находилась между этими двумя полюсами. Например, в демократическом пелопонесском полисе Аргос существовал отборный отряд из 1000 человек, обучавшихся военному делу с детства.

Не граждане и рабы[править]

Свободные люди без гражданского статуса — вроде афинских метеков или лакедемонских периеков — нанимались на службу в качестве легковооружённых: пельтастов, стрелков или гребцов. Впрочем, в Афинах гребцами служили и граждане, это не было позорно и было выгодно: гоплит-гражданин не получал платы и должен был за свой счет покупать коня и доспех, а гребцам, наоборот, платили.

Рабы в отдельных случаях также служили и воевали. Примером могут служить войска неодамодов — илотов[2], получивших гражданство в обмен на участие в войне[3][4].

Надо особо отметить, что ношение рабом оружия — довольно обычное дело. Более того, в Афинах существовал отряд из 300 государственных рабов, выполнявших службу полиции.

Гоплиты[править]

Рукопашные бойцы. В бой шли, выстроившись фалангой. Строй греческого войска — это именно строй гоплитов. Из-за относительной медлительности дополнялись легкими войсками.

Имя получили от щита-гоплона. Гоплон — тяжелый щит из твердых пород дерева, окованный с внешней стороны бронзой или даже железом. Более дешевый ваиант — окована только кромка. Чтобы таскать такой щит в бою, нужно хорошо кушать и много упражняться, поэтому граждане греческих полисов с детства тренировались в гимнасиях. Чтобы тяжелово одоспешенный гоплит в бою был эффективен, нужен высокий уровень мотивации и дисциплины, поскольку фаланга — плотный щитовой строй — требует умения слаженно двигаться и наносить удары. Греки классического периода поощряли чувство локтя и товарищескую взаимовыручку, стойкость и хладнокровие, и осуждали сорвиголов, которые кидались в бой, ища личной славы.

Гоплитская служба считалась почётной и потому гоплитами обычно были граждане. Кроме того, гоплит вооружался и экипировался за свой счет, поэтому в гоплиты шли богатые люди благородного происхождения. На место гоплиты добирались обычно на конях, но сражались в пешем строю. Наличие коней мобильности отряду не прибавляло, поскольку за ним шли еще рабы на ослах и мулах, а то и пешком.

Сариссофор — специфический гоплит македонской армии. Уже не благородный состоятельный воин, а наоборот, завербованный крестьянин, вооруженный и одоспешенный за царский счет.

Гимнеты[править]

Могли называться также по конкретному виду оружия. Защитного снаряжения не имели — дословно «голые». Действовали в рассыпном строю, осыпая противника снарядами.

До некоторых пор были чисто вспомогательными войсками, пока не случились первые победы над гоплитами[5].

Пельтасты[править]

Подвижные бойцы, промежуточный вариант между гоплитами и стрелками. Дрались щитом и дротиками, причём были страшны и стрелкам, атакуя со щитами в сомкнутом строю, и гоплитам, атакуя на расстоянии.

Имя получили от щита-пельта: легкого, плетеного, обтянутого кожей.

Была тенденция превращать пельтастов в универсальную «среднюю» пехоту. Так, афинский полководец Ификрат вооружил своих пельтастов мечами и льняными панцирями и систематически учил их действовать фалангой. В армии Александра такие «утяжелённые» пельтасты дротиков вообще не носили — дорогу им расчищал не собственный огонь, а ударная царская конница. В ряде случаев вооружались пращами: дешево и сердито, и боезапаса везде полно.

Гиппеи[править]

Конница — воины верхом на лошадях. Чаще всего отсутствовала совсем — командиры тоже шли пешком. Спартанская конница представляла собой два отряда личных телохранителей царей по 300 пехотинцев в каждом[6]. Всадники действовали маленькими отрядами (40 — уже крупный) и занимались преследованием разбитого врага, разведкой и разными специальными поручениями.

Довольно редкий для греков род войск. Например, Ксенофонт в своём сочинении «О коннице» убеждал афинян в необходимость вообще создать конный отряд. Но не убедил: ДОРОГО.

Следует также отметить, что стремена в ту пору ещё не были изобретены, так что всадник на лошади сидел очень неустойчиво и сильно рисковал свалиться при, допустим, нанесении удара мечом, да просто при манёврах на большой скорости. Это сильно ограничивало роль кавалерии.

Корабли[править]

Особенностью навмахии (морской битвы по-древнегречески) было то, что перед боем мачты, как правило, срубали, что исключало использование паруса в бою).

  • Пентеконтера — рабочая лошадка греческого флота, парусно-гребной «длинный» корабль на 50 человек. Большая универсальная лодка для путешествий, перевозок и войны.

«Круглые» и «длинные»

Соответственно торговые и военные. Название отражало конструкцию, расчитанную или на вместительность, или на ходкость.
  • Триера — быстрый[7] и мощный корабль, созданный специально для войны и боёв на воде. Главное оружие — таран. Крейсерская скорость, с которой осуществлялись дальние плавания, — всего-то около 3 узлов. Боевая скорость — 20 узлов — не более чем на несколько минут, т. е. рывок на максимальной скорости с вложением всех сил, которые берегли, так как корабль с выдохшимися гребцами был абсолютно беспомощен.
    • Военно-транспортные корабли — триеры, приспособленные для перевозки воинов (включая конных). Медленнее обычных, но вместительные.

Моряки[править]

Командовал кораблём кибернет (кормчий). Он сидел на кормовом возвышении, откуда было удобно давать указания рулевому, загребным обоих бортов и келевсту — начальнику над матросами. Над кормчим мог стоять ещё и триерарх — командовал триерой как представитель властей.

Гребцы[править]

Самая массовая морская профессия — гребец. Одновременно являлся солдатом-стрелком, в таком качестве он защищал свой корабль и участвовал в высадках. Служба гребца не считалась особо почётной, но оплачивалась так же, как гоплитская. Чаще всего в гребцах служили наёмники, но были и граждане, в т. ч. в экипажах, состоявших целиком из граждан.

Рабство

Популярный миф не только о греках, но вообще о Древнем мире — что на вёслах сидели прикованные рабы. На самом деле будь так, корабль был бы не способен воевать, т.к., кроме гребцов, на нём почти что никого и не было.
Эпибаты[править]

Морские гоплиты. Служили на кораблях небольшими группами (10—20 человек) на случай рукопашной или сражения с сухопутными силами.

Морское оружие[править]

  • Таран — ударное оружие корабля, окованный металлом оголовок килевого бруса. Первоначально им били в корму вражеского корабля (что требовало большого мастерства всего эпипажа и кибернета в особенности). В Пелопонесскую войну коринфяне и сицилийцы усовершенствовали оружие: таран стал длиннее и прочнее, набор носовой части усилили и добавили внутренние связи, распределявшие энергию удара по всей конструкции. Мореходные качества несколько ухудшились, зато теперь можно было бить в лоб, не опасаясь развалиться самому.
    • Эпотида — маленький таран, прикреплённый к форштевню над основным тараном. По-видимому, защищала форштевень от удара в борт корабля-цели.
  • Дельфин — тяжёлый металлический груз, который поднимали «журавлём» и сбрасывали на стоящий рядом корабль. Учитывая, что ради максимальной скорости и облегчения веса боевые корабли часто не имели полной палубы, дельфин, как правило, пробивал днище.
  • Брандер — он и есть брандер. В частности, использовался в бою афинян с сиракузцами во время сицилийской экспедиции.

Боевой порядок[править]

При большом количестве и широком пространстве кораблей эскадра разбивалась на центр и фланги, которым назначались командиры. Этим добивались развёртывание массы и взаимная поддержка отдельных кораблей. Бой на разных участках зачастую шёл независимо — корабли одного фланга могли разбить противника и увлечься преследованием, не замечая, что на противоположном преследуют их товарищей. Те кто успевал вовремя заметить и исправить эту ошибку обычно побеждали.

Военная техника[править]

Оружие[править]

Описано автором в соответствующей статье.

Фехтование на копьях

На копьях действительно фехтуют, но исходят из того, что у бойца не будет другого длинного оружия, кроме прочного копья или ружья со штыком.
  • Копьё — по некоторым сведениям, греки считали, что человек со щитом и копьём не нуждается в особых поучениях. Древнее копьё мало похоже на то, что предлагают некоторые оружейные фирмы[8] и по массе соответсвовало современному оружию под одну руку (пистолету) при балансе, позволявшем делать выпады почти на всю длину древка.
  • Меч — несколько менее популярен, [9] чем предыдущее оружие.
  • Кинжал — тот же меч, но легче и меньше, что позволяло его носить скрытно. Носился при тайных операциях шпионами и заговорщиками.

Доспех[править]

Щит[править]

Важнейший элемент снаряжения — скорее грек пошёл бы в бой без оружия, чем без щита, если такой полагался. Щит — отличительный знак военного. Оружием в те времена никого было не удивить.

  • Гоплон — крепкий деревянный щит. Обычно круглый, около 1 м в диаметре. Собирался из толстых прочных досок, обивался кожей и усиливался металлом. Реконструкции гоплона весят 6-8 кг.
  • Пельт — лёгкий щит, чаще всего плетёный из ивовых прутьев. Не так обременял бойца, как гоплон, и позволял драться врукопашную (но быстро приходил в негодность). Стандартный элемент снаряжения пельтаста и... простейший щит, который можно было изготовить в полевых условиях из подручных материалов[10].
    • Пельт сариссофора — маленький легкий щит, работающий, по-видимому, пассивным экраном для снарядов. Для ближнего боя не годится[11].

Машины[править]

По легенде, метательные машины появились в правление Дионисия Сиракузского Старшего[12].

  • Гастрафет («стреляющий животом») — арбалет. Имел приклад специальной формы (наваливались на него упираясь животом всем весом при взводе) и зубчатую рейку, которые позволяли получить сильное натяжение и большую силу выстрела.
  • Баллисты

Крепости[править]

Организация, управление, строй, тактика[править]

Военные единицы[править]

Нет точных сведений. В хронике Пелепонесской войны, данной Фукидидом, при указании о перемещении отдельных отрядов упоминаются отряды в 300, 1000 и 5000 человек. Как именно устроена военная «матрёшка», неясно. Кавалерия, похоже, считалась десятками. Типичная численность кав. отряда в составе отдельно действующей армии: 20—40 всадников. Морские отряды какой-либо стандартизации не имеют.

Фаланга и её разновидности[править]

Фаланга вообще — сомкнутый строй пеших бойцов с холодным оружием. Глубина строя от одного до бесконечности[13][14]. Греки предпочитали глубину в 6-8 человек.

  • Дорическая.
  • Македонская. Фактически представляет собой уплотнённую фалангу из солдат, вооружённых сариссами. После успехов Александра получила распространение по всей Греции и в государствах диадохов[15]. У Александра играла существенную роль в тактике, у наследников вся тактика могла сводиться к выстраиванию всей армии в фалангу: от одного края пригодной для боя площади до другого.
    • По описанию Полибия, македонская фаланга, оснащённая 16-футовыми сариссами, может задействовать в бою 5 первых шеренг, при том, что ряды стоят вдвое теснее. Таким образом, каждый противник в обычном строю сражается против 10 человек и вынужден преодолеть 5 линий остриёв через каждые 2 фута — почти сплошную стальную стену.
  • Македонская математическая. Линия из аккуратных квадратов 16 на 16 человек (всего 256), т. е. в 16 человек глубиной, из которых 8 действуют в сторону фронта, а задние 8 обороняют тыл. Центра такая фаланга не имеет, выделяются лишь правое и левое крыло. Известна по ряду военных трактатов (очень похожих на списанные из общего источника), составленных с целью поиска причин военного успеха в «старые добрые времена».

Суть фаланги была в атаке мощной монолитной массой, прорвать которую не представлялось возможным, благодаря ее глубине. Единственными уязвимыми местами фаланги были ее фланги, а также пересеченная местность. С первым недостатком греки боролись посредством пельтастов, стоявших по бокам фаланги и реализовывавших тактику "кинь дротик и убеги". Со вторым недостатком боролись разделением на тактические единицы. В римской армии такое разделение достигло вершин в виде отдельных манипул.

Во времена Геродота спартанская армия была устроена так: Самой мелкой единицей армии была эномотия — отряд из 8 рядов воинов по 8 воинов в каждом (всего 64 человек), возглавляемый командиром-эномотомархом. 2 эномотии составляли пентекостию, а 4 эномотии и соответственно 2 пентекостии — лохос (это слово не имеет общего с современным разговорным словом, обозначающее человека, который остался с носом), возглавляемый лохагом, двумя энотомархами и пентеконтером. Четыре лохоса образовывали мору под командованием полемарха. Мора состояла из 576 воинов. А шесть мор возглавлял лично царь Спарты, и они составляли всю спартанскую армию, насчитывавшую в VII в. до н. э. около 10 тысяч человек и с этого момента потихоньку сокращавшую свою численность. В итоге к IV веку до н. э. спартанская армия составляла около 4000 человек, и только 1000 из них были спартиатами, остальные — илотами и свободными неспартанцами-периэками.

В македонской фаланге деление было следующим: основной единицей фаланги являлась синтагма или спейра. Она состояла из 256 человек (16 рядов по 16 воинов) плюс командир арьергарда (ураг), адъютант (hyperetes), вестник (stratokeryx), сигнальщик (semeiophoros) и трубач (salpingktes). Все они не входили в общий расчет и частью строя фаланги не являлись. Командовал синтагмой синтагматарх (syntagmatarchos). Каждая синтагма делилась на два таксиса, каждый под начальством таксиарха. Каждый таксис делился, в свою очередь, на две тетрархии, которыми командовали тетрархи. Каждая тетрархия состояла из двух дилохий, или сдвоенных рядов. Командир дилохии назывался дилохит (dilochites). И, наконец, каждым рядом, или лохом, командовал лохаг.

Идеальная армия[править]

Описанная Ксенофонтом в «Воспитании Кира». Вероятно, на основе известных автору армий (спартанцы?), собственного военного опыта и теоретических представлений.

  • Конноли П., Греция и Рим.Эволюция военного искусства на протяжении 12 веков. — Москва: Эксмо, 2009.
  1. ↑ Даже тираны лишь запрещали свобоно носить военное снаряжение — дома оно всё равно лежало и по некоторым праздникам надевалось.
  2. ↑ Государственные рабы в Лакедемоне.
  3. ↑ Созданы во время Пелопонесской войны. С момента создания участвовали почти во всех военных походах.
  4. ↑ Илоты и до того были очень воинственными людьми, поскольку стремились освободиться от спартанской тирании. На их счету успешные восстания и создание собственных городов, с которыми спартанцы были вынуждены считаться.
  5. ↑ Знаковым эпизодом стал бой афинян со спартанцами на о. Сфактерия — необитаемом кусочке суши возле мыса Пилос, что на Пелопонессе. На стороне спартанцев — осаждённые на острове гоплиты, на стороне афинян стрелки-десантники, включая гребцов триер и ни одного тяжеловооружённого. Победа афинян стала неожиданностью и для тех и для других. Армии стали стремительно наращивать отряды лучников и поощрять моряков к изучению военного дела.
  6. ↑ Именно так — пешие отряды, называвшиеся конницей.
  7. ↑ Быстрее всех прочих, почему для доставки военных сообщений не жалели отвекать их от боевых действий.
  8. ↑ На черенках от лопаты и без балансирующей пятки.
  9. ↑ В дошедших отрывках спартанского певца Тиртея меч упоминается дважды, копья же шесть раз, и при этом воины названы копьеносцами.
  10. ↑ Очень интересный пример описан Энеем Тактиком.
  11. ↑ По словам Полибия, этот щит бросался сразу, как только солдат ломал или терял сариссу.
  12. ↑ Дионисию часто приписывают многие изобретения в военном деле.
  13. ↑ Ксенофонт описывает фалангу египтян глубиной в 100 рядов, хотя бой, вероятно, вымышлен как иллюстрация тактического принципа.
  14. ↑ Много позже нашего периода, в эпоху ренессанса пехоты, швейцарцы ввели обычай сражаться огромными боевыми колоннами.
  15. ↑ Полководцы Александра, разделившие его империю на отдельные государства.

posmotre.li

1. Зарождение армий, их комплектование, состав и вооружение.

27

Тема № 1. Зарождение и развитие армии от Древней Руси до Русского централизованного государства.

Лекция № 1. Армии и войны Древнего Мира.

Учебные вопросы:

2. Войны Древней Греции и Древнего Рима. Зарождение принципов военного искусства. Полководческое искусство Мильтиада, А. Македонского, Ю. Цезаря.

Введение

В социальной основе Древнего лежало деление обществ на два основных антагонистических класса: рабов и рабовладельцев, между которыми постоянно велась непримиримая борьба.

Для удержания в повиновении рабов, а также для захвата новых земель и рабов наряду с другими органами государственной власти была создана армия - вооруженная организация людей.

Рабовладельческое общество могло развиваться лишь при непрерывном притоке рабов из вне. Поэтому эпоха рабовладельческого строя есть история кровопролитных войн, опустошения многих стран, массового пленения и истребления целых народов. Из-за частых войн карта регионов мира, особенно Передней и Средней Азии, неоднократно менялась.

Вместе с захватническими войнами велись и справедливые в целях защиты от агрессора или освобождения от его господства. На открытую борьбу с рабовладельцами выступали рабы. Нередко и восстания перерастали в войны. Часто происходили гражданские войны между различными группировками господствующих классов за власть и богатство.

В ходе этих войн военная организация и военное искусство получили большое развитие.

1. Зарождение армий, их комплектование, состав и вооружение.

Хозяйство рабовладельцев могло существовать только при условии непрерывного притока дешевой рабочей силы - рабов. Их доставляла главным образом война. Поэтому, чтобы держать огромные массы рабов в повиновении, непрерывно восполнять и увеличивать их количество, а также порабощать свой и другие народы, рабовладельцам нужны были сильные армии.

Рабовладельческие государства древнего ми (Египет, Ассирия, Вавилон, Персия, Китай, Греция, Карфаген, Рим и др.) на всем протяжении своего существования вели многочисленные, почти непрерывные войны, которые, как правило, носили несправедливый, захватнический характер. Они продолжали политику рабовладельцев насильственными методами. Закономерной стороной этого процесса было появление и другого рода войн - войн справедливых, освободительных.

Исходя из сказанного, следует, что военное искусство в древнем мире получило значительное развитие.

Комплектование армий.

Армии рабовладельческих государств имели отчетливо выраженный классовый характер. Не только командный, но и рядовой состав комплектовался из представителей правящего класса. Рабы допускались в армию в очень ограниченном количестве и использовались для выполнения различного рода вспомогательных работ (носильщики, слуги, строительные рабочие и т.п.). И, хотя за длительный период существования рабства способы комплектования и организационная структура армий неоднократно изменялись, совершенствовалось их вооружение и военное искусство, однако классовая сущность армий оставалась неизменной.

В рабовладельческом обществе применялись следующие основные системы комплектования армий:

Сочетание постоянных отрядов с ополчением. Эта система комплектования имела место при складывании рабовладельческих государств. Ее ядром служили постоянные отряды, создаваемые представителями зародившейся родоплеменной знати. В период войны эта армия усиливалась ополчением из крестьян-общинников.

Кастовая система. Особенно большое развитие она получила в армиях стран Древнего Востока (Египет, Ассирия, Вавилон, Персия, Индия). При ней армия состояла из профессиональных воинов, которые служили пожизненно и передавали свою профессию по наследству ( т.н. каста воинов).

Милиционная система. Имела место в большинстве государств Древнего мира в период расцвета рабовладельческого строя. Суть ее состояла в том, что каждый гражданин данного государства, получая в молодости военную подготовку, считался военнообязанным до самой старости ( в Греции от 18 до 60 лет, в Риме - от 17 до 45-50). В случае необходимости он мог быть в любое время призван в армию. По определению Энгельса, то была типичная рабовладельческая милиция.

Наемная система. Эта система комплектования армий воинами-профессионалами сложилась в государствах Древней Греции в IV в. до н. э., а в Древнем Риме - во II в. до н. э. Переход к ней был обусловлен расслоением античного общества и сравнительно быстрым сокращением численности свободных граждан, которые при милиционной системе давали основную массу воинов. Рост производства вызвал дальнейшее развитие рабовладельческих отношений. Возникло крупное производство, основанное на дешевом рабском труде. В результате конкуренции с крупным производством, под бременем непосильных тягот мелкие производители разорялись. По мере их разорения исчезала прежняя основа военного могущества государства. Кризис рабовладельческого общества определил новые источники и способы комплектования армий - переход от рабовладельческого ополчения (милиции) к наемной армии.

Приобретению армиями профессионального характера во многом способствовали также частые и длительные войны.

Сущность наемной системы заключалась в том, что государство за определенную плату нанимало воинов, которые рассматривали службу в армии как свою основную профессию. Наемные армии комплектовались из беднейших слоев населения, деклассированных элементов, вольноотпущенников и даже иноземных (варварских) племен. На стадии разложения и упадка рабовладельческого строя, когда класс рабовладельцев стал все более и более откупаться от «налога кровью», наемничество превратилось в основную систему комплектования войск.

Вооружение.

Развитие общественного производства в Древнем мире обусловило и усовершенствование вооружения. Производство рабовладельческого общества характеризовалось не только тем, что человек отвоевал у природы металл и создал металлическое оружие, но и тем, что это оружие непрерывно совершенствовалось. Достигнутый уровень производства позволял производить простейшее оружие из металла - копья, мечи. Наконечники стрел, защитные металлические доспехи. Уровень развития производства уже позволял накапливать некоторые запасы вооружения. Были созданы материальные возможности для постройки крепостей, простейших боевых машин, а также крупных морских флотов, состоящих из гребных кораблей.

Прежде всего развивалось и совершенствовалось ручное оружие. Греческое копье ( 2 м) и македонская сарисса (4-6 м) были оружием ударного действия. Для рукопашного боя применялись также мечи, боевые топоры, кинжалы. Для боя на небольших дистанциях использовались луки со стрелами, дротики и пращи. Предельная дальность стрельбы из лука была 200 м, а наилучшая прицельная стрельба велась на дистанцию до 100 м. Скорострельность при стрельбе из лука составляла 4-6 выстрелов в минуту. Дротики метались на дистанцию до 60 м.

Развивалась крепостная и осадная техника, достигшая наивысшего совершенства у римлян. При осаде крепостей они широко применяли тараны и метательные механизмы ( катапульты, баллисты, онагры и т.д.). Катапульты бросали камни весом до 0,5 т на расстояние до 450 м. Баллиста метала камни и большие стрелы ( от 30 до 160 кг) на дистанцию 600-900 м.

В целом совершенствование вооружения шло главным образом за счет количества и улучшения качества металлов, шедших на изготовление оружия(медь, бронза и , наконец, железо). Кроме оружия воины древнего мира имели и защитное снаряжение - щиты, шлемы, панцири, которые изготовлялись из дерева. Кожи и металла.

Таким образом, вооружение армий древнего мира состояло из различных видов холодного оружия, что оказывало определяющее влияние на организацию и способы боевых действий войск того времени.

Организация войск.

При рабовладельческом строе впервые сложились основы организационной структуры вооруженных сил. Произошло их разделение на сухопутную армию и флот. Армия в свою очередь разделилась на два рода войск - пехоту и конницу. Тогда же впервые появились зачатки инженерных войск и службы тыла. Возникли и начальные формы тактической организации войск. Наибольшего совершенства они достигли в армиях Древней Греции и Рима.

Формы организации рабовладельческих армий находились в прямой зависимости от способов ведения боевых действий и войны в целом. С изменением способов ведения войны они менялись.

Так, сплоченные общими связями крестьяне государств Древнего Востока, а также Греции и Рима периода их становления, вели боевые действия крупными массами, где каждый воин чувствовал непосредственную поддержку соседа. Наиболее совершенной формой подобной организации отличились армии древнегреческих государств.

Основной организационной единицей древнегреческих армий была фаланга, которая действовала единой монолитной массой, не расчленясь тактически. В ее состав включалась тяжелая пехота ( «гоплиты»), имевшая на вооружении длинное тяжелое копье и меч, а также полное металлическое защитное снаряжение ( щит, панцирь, шлем, набедренники, поножи). Численный состав фаланги достигал 8-16 тыс. чел., а иногда и более. Легка пехота, вооруженная в основном метательным оружием и имевшая облегченное защитное снаряжение из кожи или стеганной ткани, и конница имели отрядную организацию и при ведении боевых действий выполняли главным образом вспомогательные задачи.

Дальнейшее развитие способов ведения боевых действий, возросшее в связи с этим значение маневра, заставили полководцев древности искать новые формы организации армии. Такой новой формой явился легион - основная организационная единица римской армии. Легион насчитывал в своем составе 4,5 тыс. воинов ( 3 тыс. тяжело вооруженных пехотинцев -«легионеров», 1,2 тыс легко вооруженных пехотинцев - «велитов» и 300 всадников.

Первоначально легион организационно не отличался от фаланги. В IV в до н.э. его организационная структура была усовершенствована. Легион был расчленен на 30 манипул, каждая по 60-120 человек. Конница легиона состояла из 10 турм. В каждой турме было по 30 всадников. В последующем ( I в до н. э.) организация легиона была снова усовершенствована. Легион стал делиться на 10 когорт (500-600 человек в каждой). Каждая когорта состояла из 3 манипул. В состав когорты включалась также конница и метательные механизмы.

Маневренные действия привели к возрастанию роли конницы. Это особенно наглядно прослеживается на примере войн, которые вел Александр Македонский. Умело сочетая действия конницы с пехотой, он, как правило, добивался успеха. Многие выдающиеся полководцы древнего мира достигали успеха в войнах потому, что своевременно приспосабливали организацию своих армий к изменившимся способам ведения войны. Этим объясняется то, что полководцы выступали обычно как реформаторы войск (Ификрат, Александр Македонский, Марий, Цезарь, Тигран и другие).

Военное искусство Древней Греции создавалось и развивалось на базе рабовладельческого способа производства, достигшего в этой стране могущественного расцвета. Военное искусство Древней Греции - результат развития рабовладельческого общества и возникавших в процессе общественных отношений. Совокупность производственных отношений, составляющих базис рабовладельческого общества, была решающей силой, определившей характер греческих армий, их способов ведения войн и боя.

В VII - VI в.в. до н. э. первобытнообщинные отношения в Греции уступили свое место рабовладельческому строю. Древние родоплеменные объединения в ходе ожесточенной классовой борьбы сменились рабовладельческими городами-государствами (полисами), каждый из которых имел свою собственную военную организацию. Государство носило название по имени города, являвшегося центром примыкавшей к нему незначительной по размерам территории. Наиболее значительными из этих государств являлись Афины, Спарта, Фивы.

Греческие рабовладельческие государства в большинстве своем были республиками, представлявшими собой политические организации рабовладельцев. В зависимости от соотношения и расстановки классовых сил они имели демократическую, или олигархическую форму правления, что определяло внутреннюю и внешнюю политику полиса и отражалось на составе и устройстве его вооруженных сил.

Для того, чтобы держать в повиновении рабов и обеспечивать увеличение их числа необходима была хорошая военная организация. Такой военной организацией была рабовладельческая милиция. Эта милиция имела единое классовое лицо - она состояла из рабовладельцев и обеспечивала интересы данного класса. Период рабовладельческой милиции продолжался до конца Пелопоннесской войны (431-404 гг до н.э.).

Обязанности различных категорий граждан в военном отношении определялись в зависимости от их имущественного положения. Лица, занимавшие высшие общественные должности, в армии не служили. Наиболее богатые граждане должны были поставлять государству оснащенные корабли. Богатые граждане несли службу в коннице. Мелкие земельные собственники комплектовали тяжелую пехоту, а бедняки служили в легкой пехоте или матросами на флоте. Все вооружение приобреталось за свой счет.

Наиболее высокого уровня достигла военная организация Спарты и Афин.

Спарта являлась рабовладельческим военным государством, вся система воспитания которого была направлена на то, чтобы выработать из каждого спартанца воина. Главное внимание спартанцы обращали на развитие физической силы, выносливости и смелости. Все эти качества в Спарте ценились очень высоко. От воина требовалось безоговорочное повиновение начальникам. Элементы воинской дисциплины прививались будущему воину со школьной скамьи. Спартанец готов был скорее погибнуть, чем уйти с боевого поста. Большую роль в укреплении воинской дисциплины играло общественное мнение.. вместе с тем применялись и телесные наказания. В своих песнях спартанцы прославляли храбрых воинов и порицали трусость:

« Славно ведь жизнь потерять, среди воинов доблестных павши,

Храброму мужу в бою ради отчизны своей ...

Юноши, бейтесь же, стоя рядами, не будьте примером

Бегства постыдного иль трусости жалкой другим...»

С 7 до 20 лет спартанец проходил обучение, после чего становился полноправным гражданином. Воспитание спартанца было направлено на то, чтобы выработать у него презрение к роскоши, послушание, выносливость, физическую силу и ловкость. Подростки воспитывались в суровых условиях: их часто заставляли голодать, переносить лишения и нередко наказывали за малейшую провинность. Большая часть времени отводилась физическим упражнениям (бег, борьба, метание копья и диска) и военным играм. Пение, музыка и танцы также были направлены на воспитание качеств, необходимым воинам. Так, например, воинственная музыка должна была возбуждать мужество.

Большое внимание уделялось выработке военного языка. Спартанцы славились своим умением говорить кратко и ясно. От Лаконии пошли выражения «лаконизм», «лаконический». «С ним или на нем», - говорила мать сыну, подавая щит ( с ним - победителем, на нем - мертвым). Когда персидский царь под Фермопилами потребовал от греков, чтобы они сдали оружие и щиты, ему ответили: «Приди и возьми».

У спартанцев тренировка преобладала над обучением. У них имелись элементы строевой подготовки, получившие дальнейшие развитие в римской армии. Для проверки боевой готовности периодически устраивались военные смотры. Тот, кто на смотр являлся располневшим сверх установленной для воина нормы, подвергался наказанию. Военные смотры заканчивались состязаниями.

Все спартанцы считались военнообязанными от 20 до 60 лет. Вооружение их было тяжелым. Они имели копье, короткий меч и защитные доспехи: круглый щит, шлем, панцирь и поножи (общий вес - до 30 ег). Такой тяжело вооруженный воин назывался гоплитом. Каждый гоплит имел слугу - илота, который в походе нес его защитное снаряжение. В состав спартанского войска включалась и легкая пехота, вооруженная легкими копьями , дротиками (метался на 20-60м) или луком со стрелами.

Ядро спартанской армии составляли гоплиты (2-6 тыс. чел.). Легкой пехоты было значительно больше. В некоторых войнах ее насчитывалось по несколько десятков тысяч человек. У спартанцев была довольно четкая организационная структура. Но в бою эти подразделения самостоятельно не действовали. Все гоплиты входили в одну фалангу (монолит), представлявшую собой тесно сомкнутое линейное построение тяжело вооруженных воинов глубиной в несколько шеренг. Фаланга возникала из сомкнутого строя родовых и племенных отрядов и явилась военным выражением окончательно оформившегося греческого рабовладельческого государства.

Технической предпосылкой ее возникновения было развитие производства однообразного вооружения.

Спартанская фаланга обычно имела глубину в 8 шеренг. В этом случае протяженность ее по фронту составляла 1 км. До боя при Левктрах спартанская фаланга считалась непобедимой.

Боевой порядок армии не ограничивался только фалангой. Легко вооружение лучники и пращники прикрывали фалангу с фронта, завязывали бой, а с началом наступления фаланги отходили на ее фланги и в тыл для их обеспечения.

В Спарте было два царя. Один из них уходил на войну, а другой оставался для руководства государством, подготовки резервов и решения других задач.

В бою царь находился в первой шеренге на правом фланге. На флангах находились наиболее сильные воины.

Слабым местом спартанцев было отсутствие технических средств борьбы и слабый флот ( всего 10-15 военных кораблей).

Расцвет спартанского военного искусства приходится на VIII - VII в.в. до н.э.

Военная организация Афин.

В связи с уничтожением остатков родовых отношений постепенно происходит деление граждан государства на 4 группы:

1 гр - поставки государству средств для ведения войны

2 гр - комплектовала всадников

3 гр - комплектовала гоплитов

4 гр - легкая пехота и флот.

Каждый юноша, достигнув 18 лет, в течение года проходил военное обучение. Затем на смотре он получал боевое оружие и приносил присягу. На 2-й год службы он зачислялся в состав пограничных отрядов, где проходил полевое обучение. После этой службы до 60 лет афинянин считался военнообязанным. Это была милиционная система. Однако в результате многочисленных войн и системы подготовки в мирное время афинянин постепенно превращался в профессионального воина.

Командование армией и флотом Афин принадлежало коллегии из 10 стратегов, которые во время войны командовали поочередно.

Основной военной силой Афин был флот. С помощью его Афины победоносно отразили нашествие персов и бросили вызов Спарте в борьбе за гегемонию в Греции. Высшего своего развития морское могущество Афин достигло в V в. до н. э. Основы его были заложены Фемистоклом ( 480 г. до н. э.). К моменту нашествия персов Афины имели в строю более 200 кораблей, а к началу Пелопоннесской войны (431 г. до н. э.) - свыше 300 кораблей. Основным типом корабля была трехпалубная триера (170 гребцов в 3 ряда - на каждой из палуб ряд). Нос корабля был обит медью. Кроме гребцов на триере были еще матросы, управляющие парусами, и десантные солдаты. Их насчитывалось доо 200 человек. Морская тактика афинян сводилась к следующему: зайти с борта и протаранить корабль противника. Часто афиняне бросались на абордаж, предварительно сбив весла и руль вражеского корабля.

Второй составной частью афинских вооруженных сил была армия. Ее основу составляли тоже гоплиты. Вооружение афинского гоплита состояло из копья длиной 2 м и защитного вооружения, которое было легче спартанского. Имелась легкая пехота и конница. Афинская конница была малочисленной ( т.к. коневодство в Греции развито не было) и выполняла в основном вспомогательные задачи. Она вела бой на неоседланных лошадях, применяя метательное оружие.

Боевым порядком у афинян, как и у спартанцев, была фаланга. Впервые о ней упоминается при описании Саламинской войны 592 г. до н. э. По построению и тактическим принципам афинская фаланга походила на спартанскую, но отличалась от последней бешеным натиском (Ф. Энгельс). Начиная с 1-й половины V в. до н. э., афиняне стали применять осадные и метательные орудия.

При воспитании и обучении афинских воинов большое внимание, в отличии от спартанцев, уделялось как физическому, так и умственному развитию. Обучение и воспитание афинян имело несколько стадий и продолжалось с 7 до 20 лет. В результате такой подготовки афиняне были сильными, подвижными и ловкими воинами. Красота, рослая фигура, внешнее выражение силы и ловкости должны были выгодно отличать рабовладельца от раба. Наряду с этим, афиняне большое внимание уделяли тренировке своего мышления.

В физическом воспитании греков большое значение имели олимпийские игры, которые проводились регулярно раз в 4 года. Первая известная нам олимпиада датирована 776 г до н. э. Олимпийские игры превращались в большие праздники, во время которых прекращались все внутригреческие войны. Игры проводились в форме состязаний, на которые стекалась масса народа, но участвовали в них лишь знатные граждане. Популярность игр среди греков была очень велика. Победители состязаний пользовались славой и почетом. Программа олимпийских игр постепенно развивалась и усложнялась. Вначале они включали лишь бег на 192 м и борьбу. Затем в программу были включены бег на дальние дистанции, пятиборье, кулачный бой, кулачный бой с борьбой, бег в доспехах, конные скачки.

Военная дисциплина у афинян поддерживалась чувством гражданского долга. В отличие от спартанцев, афинские военачальники пользовались ограниченными правами. Телесные наказания не применялись. По возвращении из похода военачальник мог подать на провинившегося жалобу в народное собрание, которое и определяло меру наказания.

Таким образом, хотя греческие армии и имели форму милиции, тем не менее их с полным основанием можно считать регулярными. Они имели единую систему комплектования, четкую организационную структуру, однообразное вооружение, систему обучения и воспитания, четкий боевой порядок и твердую дисциплину.

studfiles.net

Армия Древней Македонии | ВикиВоины

Леонид сожалеет. Это незавершённая статья. Ей существенно не хватает текста, изображений и ссылок. Вы можете помочь ВикиВоинам, дополнив или исправив статью.

Армия Древней Македонии

Тип:

Пехота, кавалерия

Род занятий:

Защита своих территорий, завоевание новых

Время деятельности:

440 г. до н.э - 300 г. до н.э.

Родина:

Греция (Древняя Македония)

Место действия:

Европа, Азия, Африка

Боевая техника:

Символ:

Армия Древней Македонии — одна из величайших армий Античного мира.

Изначально Македония была небольшим государством пастухов и земледельцев на севере греческих земель. Однако в IV веке до н. э. македонский царь Филипп II смог, создав мощное войско, захватить всю Грецию, а его сын Александр разгромил гигантскую Персидскую империю, занимавшую территорию 12 современных государств, и вошёл в историю как величайший полководец, не проигравший ни в одной битве.

    Конница гетайров Править

    Гетайр.

    Главной ударной силой македонской армии являлись гетайры ("друзья", "товарищи", "сотрапезники") — отряды тяжёлой кавалерии, в которых служили представители македонской знати.

    В армии Александра Македонского было восемь ил (ила — аналог эскадрона) гетайров, насчитывающих в общей сложности 1800 человек. Это были территориальные формирования, то есть каждая ила набиралась в определённой области Македонии. Известны илы из Ботиеи, Амфиополя, Анфема, Верхней Македонии, Белоземелья. Но назывались илы по имени своего командира — иларха.

    Македонская ила насчитывала 200 человек и строилась клиньями. Во время сражения все илы гетайров располагались на правом крыле македонской армии. Самая крайняя ила, стоявшая справа, носила название "царская" и имела двойную численность (400 человек), так как пополнялась царскими телохранителями. Возглавлял эту илу сам царь.

    Гетайры были вооружены кавалерийским копьём, имевшим наконечники на обоих концах, и коротким мечом, а защищены были медной кирасой или льняным панцирем белого цвета и беотийским шлемом.

    Гетайры носили золотисто-жёлтый македонский плащ с широкой полосой пурпурного цвета на краю, подчёркивающей их знатность. Этот македонский плащ назывался хламида.

    Фессалийская конница Править

    Фессалийская конница.

    Область Фессалия (Тессалия) находилась на севере Греции, южнее Македонии. Её равнины позволяли заниматься разведением коней и иметь сильную конницу. Фессалийские всадники входили в состав армии Александра Македонского как союзники в войне с Персией. Фессалийская конница почти полностью копировала конницу гетайров. Она комплектовалась из знати, подразделялась на восемь ил, одна из которых имела удвоенную численность и также состояла из 1800 человек. Вооружение фессалийцев полностью соответствовало вооружению гетайров. Во время битвы фесалийская конница располагалась на левом крыле македонской армии под командованием опытнейшего полководца Пармениона. В отличие от гетайров, фессалийцы в бою строились ромбом.

    Фессалийский плащ отличался формой от македонской хламиды и назывался "фессалийские крылья". Он был тёмно-пурпурного (почти фиолетового) цвета с белым краем.

    Фракийская конница Править

    В качестве лёгкой конницы в македонской армии использовались всадники фракийских племён, как подчинённых Македонии, так и свободных от неё. Фракийцы занимались разведкой, а во время боя поддерживали тяжёлую конницу гетайров. Фракийская конница подразделялась на три части — продрому, пэону и одриссу.

    Продрома Править
    Так назывались отряды лёгкой фракийской конницы, которой управляли македонские офицеры.

    Обычно они сражались дротиками, но иногда вооружались сариссами. Панцирей разведчики не имели, а вся их защита состояла из беотийского шлема. Всего насчитывалось 4 илы продром по 200 человек в каждой, итого — 800 человек. Продромы носили плащи розового цвета.

    Пэоны Править

    Отряды пэонов формировались из всадников фракийского племени, жившего севернее Македонии. Они имели то же снаряжение, что и продрома, но носили шлемы аттического типа. Командовал пэонами князь Аристон. В одном из боёв он сразился в поединке с персидским полководцем Сатропатом, закованным в броню, и, сразив его, представил окровавленную голову перса царю Александру, потребовав награды. Общая численность пэонов была невелика — несколько сот человек.

    Одриссы Править

    Продрома и пэоны составляли элиту в войске Александра Великого, а кроме них существовала ещё конница одрисов — фракийского племени, живущего к северо-востоку от Македонии. Возглавлял их македонец Агафон.

    Вооружались одриссы так же, как и все остальные фракийские всадники. Они носили пёстрый фракийский плащ и фракийскую шапку.

    Греческая кавалерия Править

    Конница греческих союзников Править
    Для похода на Восток подчинённые Македонии при царе Филиппе греческие города-полисы обязаны были выставить свои пешие и конные войска. Так как гористая Греция была бедна конницей, приходилось формировать одну илу от нескольких городов. Известны пелопонесско-ахейская, фиотидо-малейская и фокее-локридская илы.

    В каждой из них было по 600 человек, и командовал ими сначала полководец Эригий. Данное подразделение имело название "барсов" и относилось к жреческому отряду это же подразделение участвовало в карательной миссии в Согдиане. Во время похода по Азии к войску Александра Великого подходили подкрепления из Элиды, Беотии, Аркании, Этолии.

    Благодаря всему этому ко времени битвы при Гавгамелах удалось сформировать ещё три илы, которыми командовал Койран (Каран).

    Во время походов Александра Македонского союзная греческая конница участвовала во всех крупных сражениях.

    Эта конница относилась к разряду тяжёлой, так как её всадники были защищены кирасой и шлемом, а вооружены камаксом (кавалерийским копьём) и мечом. В бою ила союзной греческой конницы строилась квадратом.

    Наёмная греческая конница Править
    Кроме союзной, в македонской армии существовала ещё и наёмная греческая конница. В битве при Гавгамелах участвовало два отряда этой конницы (на левом и правом флангах) по две илы в каждом. Каждая ила включала в себя 400 человек.

    В начале битвы отряды наёмной конницы правого крыла македонской армии были высланы против тяжёлой бактрийской конницы, чтобы расстроить её порядки и подготовить атаку конницы гетайров, но были смяты тяжёлой, полностью закованной в броню конницей и с величайшим трудом спасены продромой.

    В отличие от союзной, наёмная греческая конница была легковооружённой, так как не носила тяжёлых кирас. В остальном они полностью копировали союзную греческую конницу.

    Фаланга Править

    Основа тяжелой пехоты македонской армии Филиппа состояла из пезэтайров ("пеших друзей"), иначе — фалангитов. Сариссу держали в 90-180 см. от тупого конца, так что наконечники копий первых четырёх или пяти рядов в бою выступали перед фронтом фаланги. Несмотря на более тяжёлые доспехи постоянные тренировки делали части презетеров более маневренными, нежели обыкновенная греческая фаланга. Фаланга делилась на подразделения-таксисы. Таксисы формировали линию фаланги. Всего было 12 таксисов предположительно по 1,5-2 тысячи человек. Из них шесть таксисов пошли с Александром в Поход под командованием Пармениона. При Иссе сражались 9500 пезетеров пяти таксисов.

    Особенно прославился таксис Кэна, сына Полемократа, набиравшийся в Элимиотиде и имевший элитный статус — он стоял на ударном правом крыле при Иссе и Гавгамелах.

    Может быть, именно этот таксис был назван астгетайрами — "городскими (?) гетайрами". Защитное вооружение: гоплитский шлем пилос, щит аспис (гоплон), книмиды-поножи. Наличие панцирей не установлено точно, если они были, то, вероятнее всего, линотораксы.

    Основным оружием была сарисса (пехотная пика 4 метров длиной со свинцовым противовесом на пяте древка, тренировочная сарисса могла достигать длину до 8 метров), прямой меч-ксифос.

    Гипасписты Править

    Гипасписты-"щитоносцы" в македонской армии Филиппа Второго и Александра Великого (Аргираспиды-"среброщитные" — элитное подразделение гипаспистов в составе царской Агемы). Наследники идеи фиванских гамиппов. Организованы в хилиархии-"тысячи". Всего было 3 или 6 тысяч гипаспистов (3 или 6 хилиархий).

    Одно из ранних наименований гипаспистов — "щитоносцы гетайров", из чего можно сделать вывод, что весь корпус гипаспистов первоначально был сформирован из пеших оруженосцев (щитоносцев) царских спутников-гетайров.

    Основой боевого применения Александром отборного корпуса гипаспистов стало теснейшее взаимодействие гипаспистов с гетайрами (явное развитие Филиппом идеи Эпаминонда применения беотийских пеших гамиппов и фиванско-тебайской конницы в составе смешанных конно-пехотных отрядов. Гамиппы шли в бой, держась за гривы или за хвосты коней). Вооружение гипаспистов: ударная пика-сарисса (от 2.5-3 м.), гоплитское копьё или дротики, ксифос, шлем, щит аспис, панцирь, книмиды-поножи.

    Лёгкая пехота Править

    Агриане Править
    Агрианами называлось фракийское племя, жившее севернее Македонии. Их царь Лангар выделил Александру Македонскому, 1000 лучших своих воинов. В македонской армии эти войска считались элитными и действовали вместе с конницей гетайров. Они участвовали во всех крупных битвах, а особенно хорошо проявили себя в битвах в горах и при штурмах городов. В битве при Гавгамелах, агриане отразил атаку частей персидской кавалерии, обошедших конницу гетайров с тыла.

    Агриане относились к лёгкой пехоте и были вооружены дротиками и мечом. Защитой им служил небольшой щит-пельта и шлем. Командовал ими македонский военачальник Аттал.

    Лучники Править

    В войне македонцев с Персией участвовало три отряда лучников, по 500 человек в каждом. Особую славу снискал отряд критских лучников, издавна славившихся своей меткостью. Они носили маленький бронзовый щит на левой руке, у локтя. Этот щит ярко блестел на Солнце, выдавая расположение стрелков, но именно этим критяне и гордились. На голове они носили своеобразную повязку-тюрбан.

    Греческая пехота Править

    Греческие союзники Править

    Для похода на Восток, "Войны за отмщение", греческие города, входящие в Коринфский союз, предоставили часть своих войск в распоряжение Александра. Всего в начале похода греческие контингенты насчитывали 7000 гоплитов. Каждый город выставлял свой лохос, численность которого колебалась от 400 до 800 человек.

    Греческий наемник.

    Активного участия в боевых действиях эта пехота не принимала, скорее всего, из-за своей ненадёжности и ненадобности в македонских тактическиских схемах. В основном они использовались в качестве гарнизонов в захваченных городах.

    Греческие гоплиты были вооружены копьём длиной 2,5 - 3 метра и мечом. Защитой им служил льняной панцирь или бронзовая кираса, бронзовый шлем и поножи, а также большой щит-гоплон. На щите, по греческому обычаю, имелось изображение буквы, тотемного значка или другого символа, чаще всего обозначающего принадлежность к определённому городу Греции.

    Греческие наёмники Править

    Кроме греков-союзников, в армию Александра Великого входили отряды греков-наёмников. Они присоединялись к нему за всё время его похода, а также переходили к нему в подчинение от персидских сатрапов. Наёмники разделялись на лохосы по 512 человек в каждом. Ко времени битвы при Гавгамелах их численность достигала 9000 человек — 4000 ахейцев и 5000 ветеранов. Они составляли вторую линию македонского войска, не допуская персидскую кавалерию в тыл македонского войска.

    Большинство наёмников были родом из Пелопоннеса. В отличие от греческих союзников, они не носили панцирей и понож.

    Инженерные части и артиллерия Править

    Македонская Армия первой в истории применила прототип полевой артиллерии. Для сопровождения осадных обозов Филипп ввёл о военный обиход лёгкие катапульты и баллисты. Александр расширил зону их применения, используя их в качестве полевой артиллерии (особенно в горах и при переправах). Орудия были сконструированы так, чтобы основные детали можно было перевозить на лошадях или мулах. Более громоздкие детали вытёсывались на месте. Не малое количество орудий перевозилось в собранном виде. Именно Филипп, а после Александр, ввели в обиход инженерный корпус, который отвечал не только за осадные обозы, но и за обозы с оборудованием для наведения переправ через реки. Как и в случае с осадными орудиями, основные части оборудования транспортировались на вьючных животных и телегах, а деревянные вытёсывались на месте.

    ru.warriors.wikia.com

    Военное дело Древней Греции

    Публикации

    Развитие военно-теоретической мысли

    Греки были не только практиками военного дела, они разрабатывали и теоретические основы военного искусства, так как боевой опыт требовал систематизации и обобщения, а уровень развития науки позволял приступить к решению этой задачи.

    По словам Энгельса, древняя Греция была колыбелью науки. “Наука побеждать врагов” пользовалась у греков большим почетом, так как война была важнейшим источником воспроизводства рабочей силы, войной добывались рабы — главная производительная сила рабовладельческого общества. Греческие философы превратили эту науку в один из предметов в системе обучения. По вопросам военной науки они читали лекции, вели беседы и писали труды. Некоторые софисты объявляли своей специальностью преподавание стратегии.

    Военные теоретики древнего мира — это идеологи рабовладельцев. Их целью было укрепление рабовладельческого государства, упрочение господства рабовладельцев. Армия имела ярко выраженный классовый характер. С развитием рабовладельческого общества развивалась и армия — от рабовладельческой милиции к наемной постоянной армии. Оставалась неизменной лишь классовая сущность этой армии, являвшейся орудием подавления рабов, орудием воспроизводства рабочей силы рабовладельческого общества, орудием грабежа и угнетения соседних государств.

    Внутри класса рабовладельцев шла борьба знатных с незнатными, богатых с бедными, аристократов с демократами, землевладельцев с ремесленниками и торговцами. Философы и военные теоретики выступали как представители этих классовых группировок.

    Труды выдающихся мыслителей рабовладельческого общества Демокрита и Аристотеля (IV век до н.э.) —высший этап в развитии древнегреческой философии. Аристотель оказал большое влияние на развитие военно-теоретической мысли. Как Демокрит, так и Аристотель были идеологами класса рабовладельцев.

    Наука и техника рабовладельческого общества находились на начальной ступени развития: разрабатывались математика и механика, были изобретены простейшие машины, развивалось строительное искусство, строились общественные здания, порты, корабли, оборонительные сооружения.

    Несмотря на зачаточное состояние науки в целом, греческие мыслители выдвинули на обсуждение и пытались решать вопросы философия войны, военно-теоретические (стратегия и тактика) и военно-технические вопросы (комплектование, вооружение и организация армии, воспитание и обучение, боевые порядки и пр.).

    Платон положил начало теории увековечения войны, утверждая, что война является естественным состоянием народов.

    Платон говорил о том, что он открыл происхождение войны. Война, по его мнению, вызывается или необходимостью захватить землю соседей, или стремлением последних к захвату нашей земли. Раздоры внутри эллинов, по словам Платона, являются домашней ссорой, которую нельзя назвать войной. Война —это вражда эллинов с варварами, и наоборот. Добыча рабов путем захвата, пленных—важная цель войны.

    Войну, говорил Платон, ведет армия, которая должна быть укомплектована хорошо подготовленными воинами. Воинский труд — это труд искусства, он требует хорошего исполнения воинского дела, величайшего старания, остроты чувств, “быстроты для преследования того, что почуяно, и силы, если понадобится кого схватить, и обезоружить”, мужества, чтобы хорошо сражаться, наконец, гнева, “под влиянием которого душа всецело становится бесстрашною”. “Хороший воин должен быть и философствующий (т. е. любознательный), и гневный, и проворный, и сильный по природе”. Все это достигается воспитанием, воспитывать надо и тело (гимнастическое воспитание) и душу (музыкальное воспитание). “Музыкальное” воспитание (под словом “музыкальный” понималась умственная деятельность) объективно преследовало цель внедрения рабовладельческой идеологии.

    Касаясь содержания военного искусства, Платон указывал на необходимость “приложения геометрии к делам воинским”: “ибо и при расположении лагерей, и при занятии мест, и при стягивании либо растягивании войск, и при всех военных построениях как во время самих сражений, так я во время походов геометр много отличается от негеометра”. Сущность военного искусства по Платону — геометрические и арифметические выкладки. Этим Платон сводил военное искусство лишь к внешним формам, не пытаясь даже проникнуть в его внутреннюю сущность.

    Аристотель пытался оправдывать войны для добычи рабов, называя их по природе своей справедливыми. “Охотиться,— писал он,— должно как на диких животных, так и на тех людей, которые, будучи от природы предназначены к подчинению, не желают подчиняться. Такого рода война по природе своей справедлива”.

    В древней Греции зародилась и военная история. Сначала греки лишь описывали военные события, без серьезных попыток обобщить их. Так, греческий историк Геродот, описывая войну греков с персами, часто принимал на веру слухи и предания, недостаточно критически подходил к фактам, вследствие чего приводимые им цифры о численности войск оказались неправильными.

    Фукидид оставил нам историю Пелопоннесской войны с 431 по 411 год до н.э. Он первый применил критический метод к историческому исследованию. Он сам был участником этой войны, и поэтому его описания военных действий отличаются большей точностью. Но мы не встречаем у него критического анализа военного дела той эпохи. Фукидида интересовали прежде всего вопросы общеполитические. Он был сторонником афинской рабовладельческой демократии и выражал интересы своего класса.

    Развитие организации армии, вооружения и способов ведения боя заставляли греков анализировать и обобщать эти явления. Столкновение двух вооруженных систем (восточных деспотий и греческих полисов), борьба греков с персами вызвали обсуждение вопроса о преимуществах и недостатках каждой из этих систем.

    “Трусливая стрела” и “храброе копье” вызывали оживленные дискуссии. Горячо обсуждался вопрос о важнейших принципах военного искусства. “Вредить врагам, от случая при этом не завися, вот — высшее искусство на войне”, — говорил Эврипид.

    Крупным представителем древнегреческой военно-теоретической мысли был Ксенофонт (родился в 430 году до н.э.). Ксенофонт как историк во многом уступал Фукидиду, но он был одним из первых греческих военных теоретиков, сделавших попытку изложить основные вопросы военного дела своего времени. По своим политическим взглядам Ксенофонт был идеологом афинских и спартанских олигархов; он считал Спарту совершенной рабовладельческой государственной системой. Во всех его произведениях мы видим преклонение перед Спартой и спартанцами. При этом Ксенофонт не видел того, что спартанские образцы к концу V века до н.э. уже устарели.

    Вопросы военного искусства Ксенофонт анализирует в своих военно-исторических трудах: “Отступление десяти тысяч” (Анабазис) и “История Греции” (410—362 гг. до н.э.). Кроме них, Ксенофонт написал большую работу под названием “Киропедия”, где изложил принципиальные основы комплектования, организации, вооружения, воспитания и обучения войск и основы отдельных положений тактики. “Киропедия” — это исторический роман, в котором за основу взяты исторические факты, а все специальные вопросы разработаны автором. Две небольшие работы Ксенофонт написал по вопросам боевой подготовки и действий кавалерии: “О начальнике кавалерии” и “О верховой езде”.

    В своих работах Ксенофонт пытался установить различие между стратегом и тактиком. По этому вопросу он писал: “Тактика... лишь ничтожная часть стратегии. Стратег должен обладать способностью приготовлять все, что нужно для войны, добывать продовольствие войску, должен быть изобретательным, энергичным, заботливым, выносливым, находчивым и мошенником, расточительным и хищным, щедрым и жадным, осторожным и отважным в нападении; и вообще, чтобы быть хорошим стратегом, надо обладать качествами как природными, так и приобретенными учением. Хорошо быть и тактиком; большая разница между войском построенным и непостроенным: это вроде того, как камни, кирпичи, бревна, черепица, набросанные в беспорядке, ни к чему не годны, а если снизу и сверху положить материалы, не гниющие и не размачивающие — камни и черепицу, а в середину кирпич и бревна, как они кладутся при постройке, то получится очень ценная вещь— дом” (Ксенофонт, Сократические сочинения, 1935, стр. 94.).

    Стратег, писал Ксенофонт, должен заботиться о том, чтобы сохранить солдат, чтобы они имели продовольствие и чтобы была достигнута та цель, для осуществления которой войско выступило в поход. Для успешного выполнения поставленных задач стратег должен привлечь к себе союзников и помощников, должен уметь отыскивать и выбирать лучших специалистов, внушать подчиненным послушание и повиновение себе, - наказывать дурных и награждать хороших, снискать любовь подчиненных, быть заботливым и трудолюбивым. Для победы над врагами в бою стратег должен тщательно взвешивать все, что ведет к поражению, и остерегаться этого. “Если увидит, что силы, находящиеся в его распоряжении, дают шансы на победу, он со всей энергией будет сражаться; но еще гораздо более будет остерегаться вступать в бой, если не будет к нему готов” (Ксенофонт, Сократические сочинения, 1935, стр. 94.).

    Тактик должен не только уметь выстраивать боевой порядок, но также знать, где и как употреблять в деле каждый отряд в отдельности, так как “много бывает случаев, когда следует неодинаково строить и вести отряд”. При построении боевого порядка лучших солдат надо ставить в первые я последние шеренги, а в середине иметь худших, чтобы “одни их вели, а другие подталкивали”.

    Таким образом, утверждением, что тактика — лишь ничтожная часть стратегии, Ксенофонт высказал правильную догадку о связи стратегии и тактики. Под стратегией он понимал искусство ведения войны, а тактику сводил к искусству построения боевого порядка. Ксенофонт говорил не о стратегии и тактике, как таковых, а о функциях стратега и тактика.

    Большое место в работах Ксенофонта занимают вопросы воспитания и обучения бойца. Он учил, что воспитание и обучение должны привить каждому воину уважение к старшим, выносливость, физическую и моральную устойчивость, единодушие, взаимную поддержку, храбрость, знание военного дела, ограничение своей воли, дисциплину и повиновение, которые особенно необходимы для армии. “Ученьем, — отмечал Ксенофонт, — поддерживается крепость телесная, строгим соблюдением военного порядка умножается сила душевная”. Когда персы предательски убили греческих военачальников, Ксенофонт прежде всего предложил выбрать командиров и обеспечить сохранение дисциплины. “Без предводителей, — говорил он, — нет ничего слабого, ничего сильного, особенно на войне.

    В дисциплине, по моему мнению, стоит спасение армии: недостаток повиновения погубил многие войска” (Ксенофонт, Отступление десяти тысяч. Военная библиотека, 1837, стр. 53.). Высокая требовательность и дисциплина, по его мнению, должны быть основаны на постоянной заботе о подчиненных.

    Уделял Ксенофонт внимание и вопросам боевой подготовки войск. Значительные достижения в этом отношении были у наемников. Командир отряда наемников обычно принимал к себе на службу лишь хорошо развитых в физическом отношении воинов. Об одном фессалийце Ксенофонт писал: “Ежедневно он со своими наемниками устраивает военные упражнения, причем как во время этих упражнений в гимнастике, так и во время сражений сам идет впереди войска в полном вооружении. При этом он удаляет со службы тех из наемников, которые оказываются недостаточно выносливыми, а тех, которые ему кажутся наиболее неутомимыми и наиболее твердыми в опасностях битв, он награждает, увеличивая жалованье в два, три и даже в четыре раза, делая им различные подарки, ухаживая за ними во время болезни и устраивая им почетное погребение. Поэтому каждый из его наемников знает, что военная доблесть даст ему в жизни и почет и богатство” (Ксенофонт, Греческая история, стр. 137 Ксенофонт, Киропедия. стр. 213).

    Говоря о наемниках, Ксенофонт излагал современный ему опыт комплектования армии, но образцом боевой подготовки считал спартанскую систему обучения воинов. Особенно ярко это проявляется у него там, где он говорит о начальниках и дисциплине. Для достижения победы полководец, по мнению Ксенофонта, должен возбуждать у своих подчиненных дух воинского соревнования. “Люди любят более всего то, что возбуждает соревнование. Поэтому надо внушать повиноваться своим начальникам, быть трудолюбивым, смелым до дерзости, ловким, охотником до хорошего оружия, а более всего жадным к похвале”. Командир должен своим примером показывать, каким надо быть воину, и сделать все, чтобы его подразделение было похоже на него.

    В своих работах Ксенофонт говорит о том, чему надо учить войска: “Как устраивать войско в боевой порядок, располагать поход, днем или ночью, в теснинах или на больших дорогах, в ровных местах или в горах; как ставить стан, расставлять стражу на ночь или на день; вести войска на неприятеля или приказывать отступать; вести их на приступ к крепости, подходить к стенам или стоять от них в отдалении; как обеспечить проход лесами, через реки; какие меры брать против конницы, копьеносцев, стрелков; какое делать распоряжение, когда неприятель идет на тебя в то время, как ты идешь густою толпою, какое движение делать, если он, когда ты

    идешь в боевом порядке, готовится ударить на тебя сзади или сбоку; наконец, каким способом ты можешь открыть его намерения и скрыть от него свои” (Ксенофонт, Киропедия, стр. 208.). Вот программа целого курса античной тактики, основы которой Ксенофонт разъясняет на конкретных исторических примерах в “Отступлении десяти тысяч” и в “Греческой истории”.

    Вопросы построения боевого порядка в работах Ксенофонта также занимают видное место. Соотношение протяжения фронта и глубины фаланги — вот что прежде всего привлекает автора. Так, он детально описывает один бой в Аттике, в котором малочисленный обороняющийся выстроил фалангу в 10 щитов, имея позади легко вооруженных воинов со стрелами и дротиками, а за ними отряд с камнями для метания. Наступавший построил свою фалангу в 50 щитов, но должен был наступать на гору. “Враги, — говорил командир оборонявшихся,— не могут пускать стрел и дротиков, так как они выстроились вверх по косогору, благодаря чему передние ряды мешают задним; мы же, бросая вниз по склону копья, дротики и камни, легко попадаем в них и многих раним. Не думайте, что первым рядам придется сражаться на равных условиях; если вы теперь, как следует ожидать, храбро пустите во врага град стрел, то ни одна стрела не пропадет даром,— все попадут в цель, так как на всей дороге нет ни местечка, которое не было бы занято вражеским солдатом. Защищаясь от стрел, им придется прятаться за щиты, так что можно будет как слепым наносить им удары куда вздумается и, нападая, обращать их в бегство” (Ксенофонт, Греческая история, 1935, стр. 420.). Здесь Ксенофонт оценивает боевой порядок с точки зрения применения его к местности и пытается разрешить вопрос организации взаимодействия тяжелой и легкой пехоты, метательного и ударного оружия.

    В 395 году до н.э. союзники, выступив против Спарты, обсуждали вопрос “о том, какой глубины должно быть войско, чтобы из-за слишком глубокой фаланги враг не получил возможность обойти войско с флангов” (Ксенофонт, Греческая история, 1935, стр. 420.). Ксенофонт был сторонником неглубоких построений. “Думаешь ли, — писал он, — чтобы фаланги, которых густота производит то, что большая часть ратников не имеет возможности поражать неприятеля своим оружием, могли быть очень полезными для своих и наносить много вреда противной стороне. Мне хотелось бы, чтобы египетские гоплиты, вместо ста шеренг глубины, имели десять тысяч; тогда нам пришлось бы ведаться с меньшим числом людей” (Ксенофонт, Киропедия, стр. 317).

    Сокращая глубину построения фаланги, Ксенофонт требовал выделения небольшого резерва для предотвращения случайностей. Резерв он ставил в последние линии, но проблем его использования не разработал.

    Рассматривая действия персидского полководца Кира, Ксенофонт писал, что военное искусство Кир не ограничивал знанием построения линейного или более глубокого боевого порядка, но требовал применять его “...смотря по тому, как показывается неприятель, справа или слева, или сзади; он думал, что не менее того важно уметь разделять свои войска, если обстоятельства этого требуют, ставить их на места выгоднейшие и ускорять в удобное время их выходом, дабы предупредить неприятеля. В соединении всех этих частей, по мнению его, виден был искусный военачальник, он не пренебрегал ни одною. Во время похода он переменял свои приказания, смотря по обстоятельствам; но в стане порядок... изменялся редко” (Ксенофонт, Киропедия, стр. 370.). Так определял Ксенофонт качества, которые необходимы искусному военачальнику.

    “Если в военном деле самое важное — это повиновение начальству” (Ксенофонт, Греческая история, 1935, стр. 165), то в военном искусстве самое главное, по Ксенофонту, заключается в умении военачальника действовать сообразно с обстановкой. Ксенофонт различает военное дело и военное искусство, которое он рассматривает как обобщенный опыт всех войн.

    Ксенофонт понимал роль Эпаминонда в развитии военного искусства и, несмотря на то, что относился отрицательно к его политическим взглядам, дал ему высокую оценку. Описывая бой при Мантинее, он называет Эпаминонда безукоризненным “во всем том, что достигается предусмотрительностью и мужеством” (Ксенофонт, Греческая история, 1935, стр. 195). В своем последнем походе, отмечает Ксенофонт, Эпаминонд так искусно устроил лагерь, что его войско находилось в большой безопасности, его планы были скрыты от врага, а сам он мог хорошо наблюдать за его действиями; в то же время его расположение позволяло легко заготовлять все необходимое для войска. Главную же заслугу Эпаминонда Ксенофонт видел в умелой боевой подготовке. “Мне кажется гораздо более удивительным то, что ему удалось дать своему войску такое воспитание, что оно не утомлялось ни от каких трудов — ни дневных, ни ночных, что оно не уклонялось от опасностей, что охотно повиновалось даже тогда, когда ощущался крайний недостаток в съестных припасах” (Ксенофонт, Греческая история, 1935, стр. 197).

    Ксенофонт правильно уловил и основы новой тактики, созданной Эпаминондом, что видно из описания боя при Мантинее. “Эпаминонд двигал войско вперед узкой частью, как военный корабль, полагая, что в том месте, где ему удастся прорвать линию неприятельского расположения, он нанесет окончательное поражение и всему вражескому войску. Он собирался ввести в дело только самую сильную часть своего войска и отодвинул назад более слабую часть, зная, что поражение какой-либо части войска влечет за собою уныние в смежных частях и подъем духа у врага”. Так и произошло. “Одержав победу в том месте, где он врезался в ряды противников, он обратил в бегство и все вражеское войско” (Ксенофонт Греческая история, 1935, стр. 198.).

    По Ксенофонту, выбор момента удара — важнейшее требование военного искусства. “Лови всячески для нападения на него (врага. — Е. Р.) с быстротою такое время, когда он случится в беспорядке, а твое войско будет устроено к бою; когда он будет без оружия, а ты с оружием в руках; когда он будет отягчен сном, а ты бодрствуешь; когда ты осмотришь его, а сам останешься скрытым; когда ты увидишь его на дурном месте, а сам будешь занимать выгодное” (Ксенофонт Греческая история, 1935, стр. 206). Но этого недостаточно, надо ввести противника в заблуждение, так как “на войне нечаянные достижения более всего могут наводить страх” (Ксенофонт Греческая история, 1935, стр. 244). “Те, которые знают искусство обманывать неприятеля, могут вдруг напасть на него, продержав в ложной опасности; иногда они могут расстроить его войско, притворившись бегущими от него; иногда притворным побегом они заманят его в места трудные, где ударят на него. Впрочем... не держись тех военных хитростей, которым тебя учили; иногда надобно выдумать и свои” (Ксенофонт Греческая история, 1935, стр. 207).

    “Осторожность и хитрость необходимы на войне”, — писал Ксенофонт в своей работе “О начальнике кавалерии”.

    Военное искусство требует не раздроблять силы. “Войска, малочисленнейшие против своих неприятелей, никогда не должны отделяться от главного” (Ксенофонт Греческая история, 1935, стр. 29). А если необходимость заставляет выделить отдельный отряд, он не должен совершенно отделяться от главного войска и обязан сохранять с ним связь.

    Писал Ксенофонт и о коннице, роль которой как нового рода войск все возрастала. В своих специальных работах по этому вопросу Ксенофонт говорит о выборе, содержании и выездке лошадей, о вооружении кавалериста и снаряжении лошади, о строях и боевых порядках конницы и о способах действий кавалерии в бою. Однако, уделяя внимание коннице, Ксенофонт все же недооценивает ее и подчеркивает решающее значение пехоты. “Десять тысяч всадников, — говорил он, — все-таки не более десяти тысяч человек, потому что никто в сражении не был никогда убит от укушения или удара лошади. Мы гораздо сильнее каждого всадника, который обязан держаться на хребте лошади в совершенном равновесии. Он не только боится наших ударов, но и опасается упасть с лошади. Мы же, упираясь твердою ногою, поражаем сильнее, если кто к нам приближается, и вернее попадаем в цель. У всадников против нас выгода одна: скорее спастись бегством”.

    В оценке Ксенофонтом родов войск как нигде сказалось его преклонение перед спартанской пехотой. Реакционные политические взгляды привели его к восхвалению спартанского военного искусства, которое для его времени уже устарело. Боевая практика показывала, что наряду с пехотой важное место в бою принадлежит коннице. Сам Ксенофонт во время похода “десяти тысяч” был вынужден для борьбы с конницей персов организовать конный отряд из греков.

    Работы Ксенофонта были обобщением боевой практики IV века до н.э. и сыграли важную роль в развитии военно-теоретической мысли древних греков.

    Первой большой специальной военно-теоретической рабочей, свободной от формы исторического повествования, была “Тактика” Энея, написанная около 357 года до н.э. Кроме “Тактики”, до нас дошли лишь некоторые работы Энея об искусстве обороны крепостей. Сохранились до наших дней более поздние, но зато полные теоретические трактаты по тактике, относящиеся к I веку до н.э. “Тактика” Асклепиодота и “Теория тактики Элиана. Этими работами воспользовался в IV веке н.э. римский военный писатель Вегеций.

    Греки “...являются создателями как регулярной пехоты, так и регулярной конницы. Они формировали массы бойцов в отдельные отряды, вооружали и снаряжали их соответственно цели, для которой они предназначались, обучали их действовать согласованно, двигаться в строю, сохранять определенное тактическое построение, чтобы таким путем бросать всю тяжесть их сосредоточенной и двигающейся массы на определенный пункт вражеского фронта. Организованные таким образом, они повсюду оказывались выше необученных, неповоротливых и беспорядочных толп, выставляемых против них азиатами” (К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. XI, ч. II, стр. 439.).

    Военное искусство древней Греции явилось новой ступенью в развитии военного искусства рабовладельческого периода войны. Общественный и политический строй древней Греции предопределил характер вооруженных сил греческих полисов. Это была рабовладельческая милиция, правильно организованная, обученная и спаянная воинской дисциплиной. За каждым бойцом в строю закреплялось строго определенное место, которое он не имел права оставить. Для действий в составе фаланги требовалась хорошая выучка. Этой выучкой греческая милиция выгодно отличалась от персидской, постоянной, но необученной армии. Фаланга явилась продуктом милиционной системы рабовладельческого войска. Превращение копья в главное оружие, которое было наиболее эффективным при действиях воинов в сомкнутом строю, способствовало появлению фаланги.

    Концентрация богатств в немногих руках и обнищание масс свободных граждан, которые не могли конкурировать с рабским трудом, в конечном итоге привели афинское государство к гибели. Эти изменения общественного и политического строя определили изменение характера греческой рабовладельческой армии. Была допущена, а затем и узаконена система заместительства, которая привела к широкому развитию наемничества. Следствием этого было вытеснение рабовладельческой милиции наемным войском. Милиционер уступил свое место воину-профессионалу. В боевой подготовке войск элементы обучения и тренировки стали преобладать над элементами воспитания.

    Греческие армии имели четкие организационные формы, выгодно отличавшие их от армий государств древнего Востока. В Греции возникло административное деление армии, что явилось следствием милиционного способа ее комплектования. В результате административного расчленения войск появилось много частных начальников, возникла иерархия командного состава, что повысило дисциплинированность армии и улучшило условия управления ею.

    Фаланга была боевым порядком. Она тактически не расчленялась. Но в армии в целом были уже налицо элементы тактического расчленения: гоплиты, пелтасты и легкая пехота имели в бою определенное тактическое назначение и взаимодействовали друг с другом. Возникала регулярная конница, новый род войск, увеличивавший возможность тактических комбинаций.

    Греческое военное искусство характерно развитием способов ведения боя. Боевые действия в период греко-персидских войн были фронтальными столкновениями сплоченных и хорошо организованных войсковых масс. Организация и дисциплина, которые сплачивали эти массы, увеличивали их боеспособность. В период Пелопоннесской войны и в последующих войнах развивалась тактика греческой армии. Боевой порядок становился более гибким, его составные части взаимодействовали (Сфактерия, отступление десяти тысяч), он начинал развиваться в глубину (возникновение резерва). Все это подготовило открытие Эпаминондом великого тактического принципа неравномерного распределения сил по фронту с целью создания превосходства в решающем пункте.

    Стратегия греков в этот период характеризуется сочетанием действий сухопутной армии и флота, что определялось особенностями географического положения Греции, ее экономического развития и политической роли, которую она играла в странах Европы и Азии.

    Различие стратегии Афин и Спарты вытекало из особенностей их политики и разнородности их вооруженных сил, а также базирования на различные театры военных действий (афиняне действовали на море, спартанцы на суше). Все это способствовало затяжке Пелопоннесской войны. Лишь тогда, когда спартанцы с помощью Персии перенесли центр тяжести борьбы на море, война приняла решительный характер.

    <<<назад

    war-ellada.narod.ru

    Полисная Греция [период] — политика, достижения, реформы, расцвет, кризис, упадок, итоги, вики — WikiWhat

    Основная статья: Древняя Греция

    Содержание (план)

    Периоды Полисной Греции

    Тёмные века (гомеровский период)

    • 1100-800 гг. до н. э. — тёмные века в истории Греции.
    • Ок. 776 г. до н. э. — первые Олимпийские игры.

    После крушения микенской цивилизации жизнь в Греции стала тяжелой. Жителям приходилось тратить все свое время на выращивание злаков, овощей и фруктов. Они утратили многое из того, что умели делать прежде, в том числе и искусство письма. Этот период называют в греческой истории темными веками.

    Архаический период

    Примерно с 800 г. до н. э. греки принялись торговать с другими странами и сделались богаче. Они жили в небольших городах-государствах, у них были собственные правители и свои обычаи. Город-государство включал в себя сам город и прилегающую к нему сельскохозяйственную территорию. Двумя наиболее значительными городами-государствами были Афины и Спарта.

    Классический период

    см. Классический период Древней Греции

    • 490-479 гг. до н. э. — греко-персидские войны.
    • 338 г. до н. э. — Филипп II подчиняет себе всю Грецию.
    • 336-323 гг. до н. э. — Александр Македонский правит Грецией и создает собственную империю.

    Несмотря на то, что приходилось много воевать, греки создали одну из величайших цивилизаций в истории человечества. Эпоха с 500 по 350 (или 323) г. до н. э. — это классический период Древней Греции.

    Полисы в Древней Греции

    см. Полис (античность)

    Воины и армии Древней Греции

    Все города-государства (полисы) имели собственную армию. Полисы часто воевали между собой.

    Гоплиты

    Гоплиты — тяжело вооруженная пехота — составляла основную силу древнегреческого войска полисного периода.

    На голове у древнегреческого гоплита был бронзовый шлем, на котором располагался гребень из конского волоса. В руках воин держал копье и щит, сделанный из бронзы, дерева и кожи. На поясе висел меч. Тело гоплита защищал нагрудный панцирь из бронзы и кожи. Голени были защищены бронзовыми приспособлениями — поножами.

    Гоплиты бились тесно сомкнутыми рядами. Четырехугольное построение воинов называется фалангой. Игра на флейте помогала гоплитам не сбиваться с шага.

    Воины были защищены стеной частично перекрывающих один другой щитов. Гоплиты в переднем ряду опускали копья. Если воина из первого ряда убивали, то стоящий за ним воин занимал место погибшего.

    Спартанцы

    Самыми яростными воинами в Греции были спартанцы. Мужчины в Спарте не знали иного занятия, кроме военного дела. Всю жизнь они обучались военному искусству и сражались в битвах. В возрасте семи лет у матерей забирали сыновей для обучения ратным премудростям. Девочкам, чтобы рожать крепких, здоровых детей, тоже приходилось держать себя в форме.

    Греко-персидские войны

    Битва при Марафоне

    В 490 г. до н. э. персы вторглись на территорию Греции. Греки ответили ударом на удар и нанесли персам поражение в ужасной битве при Марафоне. Бегун, принесший весть о победе, преодолел 32 км — расстояние от Марафона до Афин и умер от истощения сил. В честь этого события и названо современное состязание по бегу на марафонской дистанции.

    Поход Ксеркса

    В 480 г. до н. э. персы вновь напали на Грецию. Связав канатами свои корабли и настелив на них мост, войско перешло по нему на другую сторону пролива Геллеспонт. Персы вошли в Грецию и разрушили Афины. Материал с сайта http://wikiwhat.ru

    Битва при Саламине

    В битве на море возле острова Саламин греки одержали крупную победу. В узком проливе они заманили персидский флот в ловушку и потопили более двухсот кораблей.

    При сражении паруса и мачты кораблей убирали и хранили на палубе. Корабль с тремя рядами весел называют триремой. Управляли кораблями при помощи двух кормовых весел. На каждом корабле было 170 гребцов, которые гребли изо всех сил.

    Персидские корабли украшает голова дракона. Нарисованные глаза должны были вселять ужас во вражеских воинов и помочь кораблю держать правильный курс.

    Бронзовый таран разносил в клочья бока персидских кораблей. В морском сражении между греками и персами возле острова Саламин много кораблей было потоплено в результате тарана. Греческие лучники прятались за рядом щитов, а греческие гоплиты метали в персов дротики.

    Битва при Платеях

    На суше при беотийском городе Платеи греческое войско нанесло персам окончательное поражение.

    Картинки (фото, рисунки)

    На этой странице материал по темам:
    • Полисный период древней греции кратко

    • Армия древней греции

    • Сравнение периодов древней греции

    • Древняя греция история возникновения

    • Полисный период кратко

    wikiwhat.ru

    Армия спартанцев - Русская историческая библиотека

    Главную силу спартанской армии составляла тяжеловооруженная пехота (гоплиты). Вооружением гоплита были длинный щит и большое, длинное копье. Высшими тактическими единицами этой пехоты были моры. Моры подразделялись на лохи, делившиеся на более мелкие единицы. На каждой степени подразделения боевая единица умела ловко и точно, без замешательства, исполнять всякие эволюции, маневрируя одна ли, вместе ли с другими. Начальники лох назывались лохагами, начальники мор – полемархами; это были опытные армейские вожди.

    Гоплиты афинской (слева) и спартанской (справа) армии

     

    Конницы в Древней Спарте было мало; спартанцы не считали особенно важным этот род войска. Они имели отряд, состоявший из 300 всадников (Hippeis) и делившийся на три части, начальники которых назывались гиппагретами: 100 из этих всадников были телохранителями царей. Всадники первоначально были, вероятно, молодые спартанцы из богатых семейств, содержавшие лошадей на свой счет, и вероятно их было по 100 из каждой филы. Они продолжали называться всадниками и впоследствии, но были в действительности пехотными воинами, а в коннице служили почти только периэки.

    Греческий гоплит

     

    Армия спартанцев выступала в поход обыкновенно в полнолуние. Перед походом спартанский царь приносил жертву. Для того, чтобы войско двинулось в поход, было надобно, чтобы предзнаменования, даваемые жертвоприношением, были благоприятны. Перед армией несли взятый из Спарты огонь, для возжигания костров при походных жертвоприношениях; несли старинное деревянное изображение обнявшихся Диоскуров, покровителей Спарты, бывших для спартанцев идеалами и храбрости и братского союза между товарищами по оружию. На границе царь приносил жертву Зевсу и Афине, перед битвою жертву тоже Зевсу и Афине, и кроме того Эросу и Музам – Эросу потому, что от единодушия воинов зависел успех, а Музам для того, чтоб они поддержали в армии спартанцев стройность, порядок, и напоминали воинам песни, возбуждающие к мужеству.

    Знак "лямбда" - эмблема армии спартанцев

     

    Армейскому лагерю спартанцы давали круглую форму, укрепляли его лишь слегка, но караулы содержали очень внимательно, и особенно чутко сторожили стан илоты, располагавшиеся кругом его. Каждый, кто шел по стану, должен был иметь при себе свое копье. Но вообще жизнь в армейском лагере была свободнее, чем в Спарте, и одевались в стане наряднее. Вместо плаща из грубой ткани воины в стане носили пурпурную одежду, вместо толстой палки блестящее оружие; они заботливее расчесывали свои длинные волосы, а выступая на битву, солдаты армии спартанцев надевали венки, будто шли на праздник. С пением боевого гимна, при звуках флейт, фаланга шла в бой стройными рядами, каждый был исполнен жаждою славы, уверенностью в победе. Начальники отрядов шли в первом ряду. Дисциплина и организация армии спартанцев была так прочна, искусство маневрировать было так велико, что всякая эволюция, всякие перемены фронта, хотя бы и совершенно внезапные, исполнялись легко и без замешательства. Ряды спартанской армии никогда не расстраивались; воины бились непоколебимо, с решимостью не постыдить Спарту, победить или умереть.

    Греческая фаланга

     

    Робкие бежавшие с поля битвы подвергались лишению чести и жили презираемые всеми. Лишенные чести (Atimoi) были лишены всех гражданских прав, были исключены из сисситий и от участия в беседах спартанских граждан. На праздниках ставили их на особое место и при всех возможных случаях они испытывали от всех презрение в насмешки. Они должны были носить плащ из разноцветных лоскутов, брить половину головы, уступать дорогу всем, даже юношам. Никто не говорил с ними, никто не давал им огня со своего очага; на их дочерях не могли жениться граждане и не отдавали за них дочерей.

    Воин армии спартанцев

     

    Такова была Древняя Спарта, о которой пел Терпандр, что «блистает, там оружие юношей и громко звучат песни, и владычествует закон», и о которой пел Пиндар, что «сияет она мудростью старцев и копьями крепких мужей и весельем праздников с танцами и пением». На великом карнейском празднике, в летний зной совершались перед царями, герусией и всем правительством гражданами гимнастические игры с пением и танцами хоров. Хор старцев пел: «мы были храбрыми и сильными мужами». Хор спартанских мужей отвечал: «мы таковы теперь; кто хочет, испытай»; хор мальчиков пел: «а мы со временем будем еще храбрее и сильнее».

     

    rushist.com

    Военное дело Древней Греции

    Публикации

    Алексей Калинин

    Битва при Платеях

    Армии греческих городов

    Прежде всего при изучении военного дела в Греции V в. необходимо иметь в виду, что почти все греческие армии того периода были прежде всего ополчениями. Этот факт, на который указал еще Г. Дельбрюк, и по сей день, к сожалению, слишком мало принимается во внимание при изучении Греко-персидских войн, а между тем, забывая об этом до сих пор греков норовят представить себе чуть ли не регулярной армией, разгромившей необъятные азиатские толпы.

    Основу армии всех греческих городов составляли гоплиты. С точки зрения обучения гоплиты ополчения едва-едва способны были держать строй при движении вперед, а собственно рукопашному бою не были обучены вовсе. Конечно, дети всех свободных граждан в гимнасиях занимались различными упражнениями для укрепления тела. Но для того, чтобы постоянно заниматься этими упражнениями по достижении определенного возраста у среднего гражданина, по преимуществу крестьянина, не было ни сил, ни возможности. Конечно, в положительную сторону от этой практики отличались спартанцы, обучавшиеся войне всю жизнь, и справедливо гордившиеся этим. Спартанцы отличались не только своим умением держать строй (для чего они использовали флейтистов), но и способностью к рукопашному бою, которому они также учились.

    Умение держать некоторое подобие строя в бою у ополчений достигалось не военными методами. Греки и в это время строились "по родам и племенам", как во времена Гомера, и покинуть строй в столкновении бойцу, окруженному соседями, родственниками и друзьями было почти невозможно. Конечно, это качество фаланги, высокая ее стойкость в столкновении, зависела от противника с которым шла война и от внутреннего состояния города. Как любое ополчение, фаланга была почти совсем не приспособлена для действий по частям, для каких-либо перестроений и маневров на поле боя.

    Гоплиты были вооружены прежде всего большим щитом, диаметром 60 см., и копьем (примерно 2,2-2,5 м.). Для древка копья использовался предпочтительно кизил. Эти два предмета вооружения собственно отличали гоплита. Именно щит определял его принадлежность к "тяжелой пехоте", в случае недостатка в средствах гоплит вполне мог выйти на поле боя лишь в хламиде, гиматии и лишь со щитом и копьем. Подобное обмундирование стоило достаточно дешево - копье примерно 2-3 драхмы, щит вряд ли более 10 . Остальные части доспеха, не обязательные для использования, стоили вместе не более 20-30 драхм. Учитывая, что все предметы вооружения передавались по наследству и почти не приходили в негодность, ими, вероятно, были в той или иной степени укомплектованы 5/6 гоплитов. Но разумеется, так как от каждой семьи в ополчение обычно шел только один человек, а экипировались ополченцы за свой счет, в каждой семье имелся обычно только один комплект вооружения, освященный владением нескольких поколений, что придавало прежде всего щиту, висевшему обычно над очагом, почти священный характер, связанный с культом предков. Гоплитский щит как отличие полноправного гражданина или во всяком случае свободного человека воспринимался не только в Спарте, но во всех греческих городах.

    За свой счет вооружались гоплиты городов, имевших демократическое устройство. Города, где еще находились у власти аристократы, имели гораздо меньшую армию, не выставляя большого ополчения, но имея гораздо лучше обученные войска. К таким городам относится прежде всего знаменитый Лакедемон (Спарта) и на время сражения при Платеях - Фивы, объединившие под своим владычеством почти всю Беотию.

    Уже с середины VI века традиционный "клаппенпанцирь" из бронзы повсеместно сменился льняным панцирем, заимствованным из Египта. Ничем не уступающий бронзовому или железному в прочности, льняной был гораздо легче и проще в изготовлении . Щит обычно представлял собой деревянную основу толщиной 0,5 см., обтянутую кожей или обитый тонким бронзовым или железным листом. Изнутри он был также обит кожей и имел три ручки, в которые продевалась рука. Конечно, в бою таким щитом было совершенно невозможно управлять из-за его тяжести (около 7 кг), поэтому он защищал бойца только при столкновении. На щит обычно крепилась занавеска , защищающая помимо юбочки- "пютцера" верхнюю часть ноги от стрел. Почти всегда добавлялись поножи. На голове гоплит имел металлический шлем, ионийцы (к которым принадлежали и афиняне) предпочитали шлем с открытым лицом, снабженный козырьком и нащечниками. Спартанцы предпочитали полностью закрывающий лицо коринфский шлем.

    Кроме гоплитов, в армию входили легковооруженные с дротиками и дубинами. Разумеется, никакого защитного вооружения они не имели, носили просто хитон, иногда снабжались маленькими деревянными или плетеными щитами, обтянутыми кожей. Дротикометатели имели 1-2 полутораметровых дротика. Дротик без особенного умения можно метнуть метров на двадцать, поэтому дротикометателям не требовался большой боезапас - они успевали метнуть 1, максимум 2 дротика перед столкновением. Дротик очень тяжелое оружие, и потому весьма опасен. Но кроме угрозы убийства или ранения противника, он имеет еще одно предназначение, впоследствии развитое самнитами и перенятое у них римлянами. Попадание дротика в щит противнику (что особенно актуально в борьбе против фаланги) делает использование щита невозможным, первые шеренги атакующих оказываются беспомощными перед гоплитами противника. Кроме того, необходимо иметь в виду, что при столкновении важно было прежде всего расстроить ряды врага с помощью дротиков, а не убить противника, поэтому при всем низком уровне обучения дротикометатели приносили достаточно значительную пользу в сражении.

    Состояли эти рода войск из слуг и рабов, и разумеется, за редким исключением не были обучены ничему. Несмотря на обычные понятия об античном рабстве, это были вполне надежные и преданные своим господам и городу люди. Нам фактически не известны случаи их перехода на сторону противника в ту эпоху. Но кроме того, что они не были обучены воевать, по самому своему социальному положению они были наименее приспособлены для несения такой службы . От легкой пехоты требуются, прежде всего, навыки одиночного боя и инициатива в бою. Рабы и слуги не имели ни того, ни другого, легкое же вооружение их объясняется дешевизной его производства . Рабы обычно сопровождали гоплитов, по одному на каждого гоплита. Однако для времени, рассматриваемого нами, вооружение всех рабов, присутствующих на поле дротиками весьма гипотетично, Геродот с уверенностью пишет о вооружении только спартанских илотов. Спартанцы взяли с собой в этот поход по 7 илотов, видимо, желая противопоставить как можно больше своих стрелков персидским лучникам. Использовались они в основном для разбивки лагеря, переноски гоплитского вооружения и продовольствия, а также при фуражировках и в охранении.

    Рабы, конечно, не могли быть использованы перед фалангой и служить для расстройства вражеской фаланги, отбегая затем назад. Просто потому, что такой маневр требует большой сплоченности отряда и высокого уровня обучения воинов - в противном случае отступающие стрелки быстро бегут и расстраивают не чужую фалангу, а свою собственную. Более того, легковооруженные не могли отойти через промежутки в фаланге, так как тех было совершенно недостаточно, помыслить же, что они отходят за фланги вдоль своего строя никак невозможно - вся армия быстро превратилась бы в беспорядочную толпу, пожелай противник атаковать неприятеля в этот момент.

    Большинство греческих авторов, в том числе профессионал Ксенофонт рекомендует использовать легковооруженных воинов позади фаланги. На это обстоятельство обычно обращают очень мало внимания, так как наша привычка к настильной стрельбе рекомендует использование застрельщиков впереди строя. Но при метании дротика над головой своих в расположении стрелков перед строем не было особой необходимости. Поэтому в сражении легковооруженные стояли за гоплитами и стреляли над головами. Еще одно обстоятельство заставляет нас так думать. Рабов, не связанных никакими узами между собой никак нельзя было организовать. Им негде было взять командиров так как все свободные воевали в составе своих фил, а назначать из их среды бессмысленно и опасно. Из них нельзя было организовать никакие отряды, потому что все свое время в походе они проводили со своими господами. Поэтому такое построение выглядит наиболее логично и с социальной точки зрения. Наконец, такое построение легких войск позволяет понять, почему Геродот везде упоминает рабов в составе армии и нигде не упоминает их на поле боя - именно потому, что они действовали в составе фаланги.

    Настоящей легкой пехотой на поле боя были скифы - примерно 200 конных лучников, сформированных в Афинах после Марафонского сражения. Это были действительно профессиональные воины, прекрасно приспособленные для своей задачи. Это были единственные воины в Афинах, которых можно назвать постоянной армией. В мирное время они выполняли в городе полицейские функции и являлись... городскими рабами. Гражданин не мог ударить гражданина не опасаясь суда, а раб мог, так как принадлежал городу, поэтому мог быть использован для поддержания порядка. Конечно, при их привилегированном положении, это были весьма надежные войска. Их вооружении описано ниже, при описании персидской армии.

    В сражении при Платеях участвовала греческая конница, правда весьма немногочисленная. Это были, во-первых 300 афинских всадников, сформированные после Марафонского сражения из аристократии, во вторых - несколько сотен подобной фиванской конницы. При отсутствии стремян обучение всадника представляло собой большие сложности. Еще большие сложности для всадника представлял собой рукопашный бой. Поэтому всадники самых разных культур - от Иберии до Персии по большей части представляли собой стрелков и использовали либо дротики, либо луки, в зависимости от местной традиции и силы аристократии. По всем этим причинам демократические государства Эллады не могли иметь конницы или имели ее в очень небольшом количестве.

    Греческие всадники представляли собой легковооруженного воина, не имевшего никаких доспехов и вооруженных дротиками и мечом своеобразной формы. Они были мало приспособлены для удара по сплоченной массе воинов и могли быть использованы либо при преследовании, либо для попытки расстройства вражеской фаланги перед столкновением. Вряд ли эта конница могла быть использована даже для удара во фланг - всадникам совершенно нечего было противопоставить гоплиту. Именно по этим причинам как греческая, так и персидская конница в сражении очень часто ставилась не на фланге армии, а перед строем фаланги, чтобы подготовить ее удар. Также она могла быть использована для неожиданной атаки на походе или на расстроенных гоплитов, но уже для этого требовалась конница, несколько лучшая, чем афинская - например, фиванская.

    Исключением из этого явления можно считать только фессалийскую конницу. Своеобразная местная традиция нашла здесь выход из тупика - фессалийцы были вооружены длинными копьями (которыми можно было действовать и одной и двумя руками). Эти копья позволяли всаднику использовать удар против пехоты и мы знаем случай, когда атака этой конницы прорвала даже спартанскую фалангу. В соответствии со своей способностью к рукопашному бою фессалийцы несомненно должны были иметь панцирь, скорее всего мало отличающийся от пехотного и шлем.

    В это время греки не вели длительных компаний. В войнах между городами при возможной общей продолжительности активные боевые действия ведутся очень короткий промежуток времени. Потому что противник находится недалеко, фактически в соседней долине , а также из-за особенностей снабжения, так как воин брал с собой еды на несколько дней, кое-что добывалось грабежом вражеской территории, но вообще, долго кормить или снабжать свою полевую армию в 30-40 тыс. человек ни одному городу кроме Спарты, из-за своеобразия ее устройства, было не под силу. Обычно, если ополченцы отправлялись в поход более чем на два-три дня, продовольствие они с собой не брали, а их снабжение брал на себя город. Причем не закупая продовольствие для всей армии и не выдавая недельный или месячный паек, как это было принято, например, в армии республиканского Рима и в Персии, а выдавая ежедневно по 2 драхмы на пропитание (одна драхма на гоплита, одна на раба, его сопровождающего). Проходя по территории нейтральных или союзных городов полководец останавливал войска около города и или добивался допуска своих войск на городской рынок, либо, если горожане не доверяли этой армии, просил разрешения устроить рынок вне городских стен. Любой город соглашался на это предложение во-первых, так как на таких рынках для солдат цены могли быть гораздо выше обычных городских, а во-вторых, потому что отказ означал такую меру недружелюбия к армии, которая вполне позволяла последней приняться за посевы и скот деревенского населения недружественного города. Но такое денежное довольствие было весьма затруднительно поддерживать долго, так как греки не знали постоянных налогов и могли содержать войска только за счет каких-нибудь других, необычных источников дохода: военной добычи, государственных рудников или денег союзников . Поэтому любой город выставлял на своей территории во много раз больше сил, чем мог отправить в дальний поход.

    Что касается тактики и построения армии, то они также отличаются чрезвычайной простотой. Фаланга в 10-20 тыс. человек, конечно, не могла представлять собой огромный единый "брусок" - она просто не смогла бы двигаться по полю в таком построении. Из более поздних описаний Ксенофонта мы знаем, что в бою войска строились по таксисам - сегментам фаланги, имевшим между собой промежутки, необходимые для сохранения строя. Таксисы могли быть самые различные, обычно они представляли собой либо целый контингент, присутствующий на поле, то есть состоял из 200-3000 человек. Если армия имела численность большую, чем 3000 человек, она делилась в соответствии со своим внутригородским устройством, например, в Афинах по территориальным единицам - филам.

    Таксисы строились в глубь в зависимости от необходимости от 8 до 25 шеренг, и видимо, имели между собой небольшой промежуток. Основное значение в столкновении имел удар строя гоплитов, не случайно, когда Демарат восхваляет спартанскую армию, он говорит не об умении драться или хорошей подготовке воинов, а только о высоком боевом духе и умении держать строй лакедемонянами. И это лучшие воины Эллады! На самом деле, это действительно большое преимущество, спартанцы шли в бой, распевая пеан , имевший ярко выраженный ритм, шли в ногу, постепенно ускоряясь. Другое дело, что само это понятие - сомкнутый строй, следует считать весьма условным для всех армий кроме спартанской. С точки зрения европейских регулярных армий XVIII-XIX вв., это была просто толпа. Ксенофонт, описывая свою идеальную армию в "Киропедии", описывает долгий период обучения войск. После этого он повествует об атаке этих войск в сражении, по его мысли более храбрые и обученные солдаты вырываются вперед, воодушевляя остальных, примерно за 50 метров до неприятеля переходя на бег. Смешно предполагать, что не обученные строю ополченцы, построенные по таксисам, то есть имеющие до 400 человек по фронту держали хоть какое-то равнение, тем более на бегу. Даже европейские армии XVIII века были на это не способны.

    Тактика греческой армии того времени вполне обходилась без подготовки единичного бойца. Рукопашного боя как такового греки не знали в полевом сражении, им просто не приходилось никогда до него доходить. Ополчение при всем своем воодушевлении никак не отличается стойкостью, необходимой для долгого рукопашного боя. Исход сражения решали минуты столкновения, в которые основное значение имела глубина построения и воодушевление войск . При этом особых потерь войска не несли, при столкновениях фаланг было чрезвычайно мало убитых, как вообще при столкновениях, и основные потери наносились при преследовании. Но в тяжелом вооружении гоплит мог пробежать очень немного, при том что убегающий имел возможность бросить свой щит, а догоняющий нет. Кроме того, как мы помним, вне строя грек был просто не приучен сражаться, поэтому преследующие гоплиты теряли свое преимущество - напор воодушевленной толпы, не говоря уж о том, что могли наткнуться на засаду и оказались бы совершенно беспомощными. Поэтому самые опытные бойцы, спартанцы, предпочитали после сражения вообще не преследовать противника гоплитами.

    На походе греческая армия очень редко организовывала и укрепляла каким-либо серьезным образом свой лагерь. Обычно они находили какое-либо место, труднодоступное от природы и располагались там без всякого порядка. Лагерь не укреплялся и никак не организовывался. Даже афинское укрепление, сооруженное около святилища Геракла, вокруг его священной рощи, представляло собой просто целые деревья, положенные кроной к неприятелю. Ксенофонт, рисующий в "Киропедии" свою идеальную армию, ни слова не говорит не только об укреплении лагеря, но и о караульной службе!

    Как мы видим, организация афинской армии прямо следовала из организации полиса и имела все минусы и плюсы, присущие ему. Разумеется, примитивная и очень молодая по возрасту цивилизация не имела еще постоянной армии, отделенной от народа, как не имела еще государственного аппарата в нашем понимании этого слова - чиновничества. Конечно, эта армия не была чем-то особенно оригинальным и значительным, подобные организации мы видим везде, где видим города-государства, только что вышедшие из состояния дикости. Но с точки зрения театра, где приходилось действовать афинской армии и возможного противника, она вполне отвечала своему предназначению. Необходимо иметь в виду, что греческая армия в столкновении с противником почти всегда имела фланги, защищенные горами. Таким образом, фактически она нуждалась в кавалерии только для преследования, а как правило могла вовсе ее не иметь . То же относится и к легкой пехоте, трудно представить себе лучшее применение людскому материалу (рабам) на войне, не организовывая их в отдельные отряды. В общем, следует признать, что греческая союзная армия вполне отвечала своим задачам при своем уровне развития общества.

    Персидская армия

    Организация персидской армии по понятным причинам значительно отличалась от греческой. К сожалению, наши представления о персидской армии, опирающейся на совершенно другую военную традицию, нежели европейская, обычно сводятся к двум вариантам. Персы либо представляют собой огромную толпу многих тысяч людей в грязных халатах и тюбетейках, вооруженных ослиными челюстями на палках. Либо закованных в железо всадников, более всего напоминающих европейских рыцарей века XV. И тот и другой взгляд происходит из упорного нежелания принимать всерьез какую-либо военную традицию кроме собственно европейской.

    Персы владели огромной империей, составленной из народов, имевших куда более давнюю историю, нежели собственно персы. Не даром если терминологически персы вполне подходят под греческое понятие "варвары", греческие авторы никогда не называют этим термином ни вавилонян, ни египтян - старшие и им и персам культуры. Сама империя досталась персам по наследству от ассирийцев, давно спаявших Восток в единое целое и политически, и экономически. Но единство это отнюдь не означало культурного единения. Поэтому все время существования Персидского царства армия персов состояла из трех частей (позже к ним прибавилась четвертая часть - греческие наемники): постоянная армия из персидской пехоты (так называемые "бессмертные"), персидское конное ополчение феодального типа и контингенты всех остальных народов, поставляющих свои отряды, вооруженные и обученные сообразно местным традициям и обычно используемые в качестве гарнизонных и вспомогательных войск.

    Каждый персидский сатрап обычно располагал двумя частями армии - он имел своих вельмож и слуг, обязанных выставлять ему ополченцев-кавалеристов и получал контингенты от своей сатрапии. Кроме того, для усиления его армии, для конкретного похода, просто в пограничной сатрапии могли стоять отдельные тысячи "бессмертных".

    "Бессмертные" вопреки распространенному мнению вовсе не являлись гвардией персидского царя и отнюдь не принадлежали к его охране - Геродот четко отличает их от 2 тысяч пехоты и 2 тыс. кавалерии, собственно принадлежавших к охране царя. Кроме всего прочего, было бы совершенно невозможным предположить, что Ксеркс, отступая из Эллады оставил Мардонию свою личную охрану. Слова Геродота о том, что они представляли собой отборные войска следует понимать в совсем другом смысле - они были отобраны из персидского ополчения для постоянной регулярной службы . Об этом свидетельствует и их экипировка, смешно предполагать, что персидский общинник мог позволить себе иметь золотое яблоко на копье, и тем более невозможно, чтобы ополченцам, собираемым и распускаемым это копье с яблоком выдавалось только на время боевых действий. Мы видим эти войска везде в первую очередь там, где идут боевые действия и никогда не слышим о том, что их требуется собирать, в отличие от персидской кавалерии, о которой это часто приходится слышать. Итак, по способу комплектования, видимо, это был рекрутский набор из свободных общинников-крестьян.

    Простая проблема - проблема вооружения огромной массы пехоты луками заставляла персов иметь постоянную армию. Подготовка стрелка из лука требует очень много времени, в отличие от гоплитов, которых в сущности нечему обучать. И Ксенофонт и Геродот говорят о том, что персы обучались стрельбе из лука с детства, обучались годами. В "Киропедии" Кир переобучил персидских пельтастов и лучников на гоплитов в течении нескольких месяцев, а сами персы, собираясь учиться ездить верхом говорят, что самое трудное для всадника, то есть умение стрелять из лука и метать дротики, они уже умеют. Видимо, и персидскую пехоту обучали этому сложному искусству несколько лет. Что касается умения владеть холодным оружием, вряд ли ему обучали целенаправленно. Во всяком случае мы нигде не слышим об этом. Но очевидно, что боевой опыт солдата, прослужившего не один год, значил весьма много в рукопашной схватке. Кроме того, постоянным развлечением их, обучающим рукопашному бою была охота, особенно на опасных животных - львов и кабанов. Ксенофонт, профессиональный солдат, говорит устами одного из своих героев: "Что такого есть на войне, чего нет на охоте?" А свидетельств о таком времяпрепровождении персидских солдат мы имеем множество .

    Конное ополчение феодального типа представляло собой ко времени сражения при Платеях еще очень грозную силу. Это были очень хорошие воины по своей подготовке и экипировке. Персидские всадники в это время еще не перешли с лука на дротик, и вполне владели своим страшным оружием. Они были также прекрасно подготовлены к рукопашному бою - во всех случаях, когда Геродот описывает бой гоплита и всадника, он говорит о сложности победы для гоплита - обычно они справлялись с персом вдвоем или втроем.

    В обучение пехоты несомненно, входило умение быстро разворачивать легкое полевое укрепление персов - огромные щиты в рост человека, плетеные из фиговых прутьев. В этом легко убедиться, внимательно прочитав описание сражения при Платеях, где персы развернули его видимо прямо во время своего движения на противника. Судя по описанию того же сражения, в войсках этих была довольно высокая дисциплина, во всяком случае так можно истолковать слова Геродота о персах, которые собирались в кучки по 10 человек, чтобы атаковать греков. Мне кажется, здесь идет речь о том, что персидские десятники сумели организовать свои войска во время рукопашного боя, что говорит о высокой дисциплине и хорошей организации этих войск. Что касается их боевого духа, в столкновении в этом же сражении мы видим, что 53 тысячи лакедемонян и тегейцев (из них 16500 гоплитов и 36500 легковооруженных) были теснимы 10000 персидской пехоты и 1000 кавалерии до тех пор, пока не был убит Мардоний и они не побежали.

    Вооружение персидской пехоты состояло из короткого копья, "скифского" или сегментовидного лука, горита или футляра со стрелами, акинака. Скорее всего они имели также маленький щит, крепящийся на левой руке. Копье примерно 1,8 м., которое персы в бою держали одной или двумя руками, со средних размеров железным наконечником. Оно было снабжено железным штырем для втыкания в землю во время стрельбы из лука. "Скифский" лук - чрезвычайно широко распространенное в это время в Азии оружие, характерными отличиями которого являются выгнутая в сторону стрелка рукоять, достаточно длинную, небольшие "рога", резко отогнутые вперед. Часто луки были ассиметричными, как правило с более длинной верхней половиной. По конструкции он был сложносоставным, из деревянных частей, верхний рог мог изготавливаться отдельно из рога, кости или бронзы. Он был полурефлексивным, т. е. в спущенном состоянии рога хотя и отходили вперед, но угол между ними и рукояткой сохранялся. Дальность боя такого лука достигала 500 метров (это конечно, не средний, а "чемпионский" результат), следовательно на расстоянии 200-300 м. средний стрелок вполне пробивал доспех противника. При этом стрелку совершенно не обязательно было убивать противника, чтобы вывести его из строя достаточно ранить его в руку или ногу. Однако, при описании сражения при Платеях, мы встречаем упоминание ранения грека стрелой в бок. При защищенности боков и панцирем и щитом, скорее всего это свидетельствует о том, что стрела просто пробила и панцирь и щит.

    Традиция восточного средиземноморья при изготовлении стрел очень сильно утяжеляла наконечник, делая его лавролистной формы, чем уменьшала дальность полета стрелы, но зато стрела обладала большей пробивной мощностью, достаточной для пробивания панциря. Традиция анатолийско-иранская наоборот, предпочитала наконечники с подтреугольным пером и часто с опущенными жалами. Поражение при этом происходило за счет шипов и было чревато скорее ранением, зато лук с такими стрелами обладал большей дальнобойностью. Персидская и сакская пехота вся имела стрелы именно этой традиции, хотя, возможно, после войны в Малой Азии имели на вооружение и "тяжелые" стрелы. Сами древки стрел изготовлялись из камыша. Боезапас достигал десятков и даже сотен стрел. Стрелы и лук хранились в горите. Горит - футляр для лука с пришитым к нему снаружи отделением для стрел, носился всегда на поясе, на левом боку. Почти все воины со скифским луком всегда носили горит. Некоторые персы также носили "аншанский" сегментовидный лук, который носили с аншанским костюмом без футляра, стрелы в таком случае помещали в цилиндрический колчан на спине. Это был лук небольших размеров, сложный и довольно мощный, из него стреляли длинными толстыми стрелами с тяжелыми наконечниками. Из луков стреляли, оттягивая тетиву к уху, не метясь в нашем понимании этого слова, то есть не совмещая цель и наконечник стрелы, во всяком случае никаких материальных следов такого способа пока не найдено. Точность достигалась за счет навыка и расчета полета стрелы, почему и требовался долгий период обучения стрельбе. Тетиву натягивали сгибом большого пальца, который придерживался указательным и безымянными пальцами. На большой палец руки для защиты сгиба одевалось при этом специальное кольцо. Ввиду больших навыков стрельбы скорострельность была очень высокой. Что касается пробивной способности, то известен случай, когда из сложного лука, правда сделанного на заказ, но гораздо более технически примитивного, очень сильный боец пробивал несколько медных досок, толщиной с палец, поставленных на некотором расстоянии друг от друга.

    Кроме этого пехотинцы имели личное оружие ближнего боя - у персов в основном акинаки, у скифов чеканы или секиры. Персидский акинак - длинный кинжал длинной 30-40 см. Кроме отличных колющих качеств обладал прекрасными рубящими, сравнимыми с качествами топора . Изготавливаемые из отличного железа, кузнецами, имеющими древнейшие традиции, они были очень грозным оружием. К отдельным экземплярам акинаков при изготовлении примешивалось метеоритное железо для придания большей прочности. Клинки были кованные, в длину достигали 30-40 см., имели "почковидные" и "бабочковидные" перекрестья, брусковидное навершие, плоскую ручку. Лезвие плавно изгибается к заостренному концу. Персы носили акинак на правом боку, ножны за единственную лопасть крепились к поясу. Саки привязывали акинак к правой ляжке, и лишь дополнительным ремешком к поясу, поэтому ножны их имели специфическую форму, с двумя парами выступов в верхней и нижней части ножен. Кроме собственно акинаков, наиболее распространенного оружия ближнего боя как у саков, так и у персов существовали и другие типы оружия. Во-первых, это чеканы, особенно широко распространенные в сакской среде и носимые за поясом. Оружие это, предназначенное прежде всего для борьбы с тяжеловооруженным противником, обладало огромной мощью при пробивании любого доспеха. Вопрос о распространении у них обоюдоострых секир весьма сложен и выходит за рамки данной статьи, так как Геродот многожды упоминает о них, но археологический материал не подтверждает этого сообщения Геродота, секиры практически не встречаются. В персидской армии этого времени топор уже фактически не встречается, будучи уже в VI в. окончательно сменен акинаком, в этом вопросе археологические материалы вполне подтверждают Геродота, сообщающим о том, что вся персидская пехота была вооружена акинаками.

    Из оборонительного оружия персы имели огромные плетеные щиты из фиговых прутьев. Что касается прочности этих щитов, то известно, что уже в XVI в. такие щиты предпочитали стальным ввиду вполне сравнимых защитных качеств при совершенно несоизмеримой легкости. Щиты эти устанавливались на поле боя, на деревянных подпорках. Они имели размеры 150 на 60 см., жердяной каркас, плетеную прутяную основу, кожаное покрытие.

    Кроме того персидские воины все имели чешуйчатый или льняной доспех. Чешуйки имели диаметр от 1,5-4 до 5-9 см. Толщину 1 мм. При том, что они нахлестывали одна на другую на 1/3, а то и на 1/2. Таким образом толщина брони достигала 3-4 мм. Чешуйки в отличие от греческих были простые, не имеющие ребра жесткости, в связи с огромным масштабом производства этих панцирей. При производстве их вырезали ножницами из металлических листов, в отличие от греков, которые свои чешуйки отливали. Сами чешуйки нашивали на тканевую или кожаную основу. Под панцирь одевали что-то вроде боевого комбинезона, в котором часто греки изображали персов, так как видели их обычно именно в этом виде. Кроме того этот наряд казался эллинам наиболее экзотическим, а значит и наиболее характерным для персов. Что касается прочности персидского панциря, то известен любопытный случай перед сражением при Платеях. Одного персидского кавалериста сбили на землю с коня и стали пытаться добить копьями и мечами. Греки занимались этим довольно долго, пока один из гоплитов не сообразил, что убивать перса надо в лицо, не защищенное ни шлемом, ни панцирем . Что же касается вообще прочности чешуйчатого панциря, то хочется обратить внимание на знаменитую фреску с изображением Александра Македонского. Македонский царь одет в комбинированный доспех "клаппенпанцер", усиленный на животе чешуйками.

    Кроме панциря, из защитного вооружения персы имели металлические шлемы, очень похожие на стандартные ассирийские или круглые шишаки без острого навершия. Персидские пехотинцы носили эти шлемы под своими мягкими войлочными тиарами, по восточной традиции прикрывая шлемы, предохраняя их от солнца.

    Организационно персидские войска делились на тысячи, сотни, десятки и пятерки. Судя по всему, уровень младшего командования персов был очень высок - Геродот дважды упоминает десятки персов, оказывающих организованное сопротивление толпе гоплитов. Что касается старшего персидского командования, то с ним дело обстояло также весьма неплохо. В персидской армии было строгое единоначалие, хотя полководцев иногда могло быть два, для лучшей организации войска. Обычно в таких случаях один из полководцев был просто сатрап той территории, на которой шла война или осуществлялся поход, а второй командовал войсками усиления, присланными царем. Так, например, когда Мардоний оставался в Элладе после отступления Ксеркса, он был оставлен одним полководцем, так как сатрапских войск собственно не имел, а если имел, то выделенных из войск разных сатрапий.

    Карьера персидского полководца была достаточно стандартной. В детстве сын знатного перса учился верховой езде и стрельбе из лука, возможно некоторым простым приемам рубки мечом. Все эти занятия сопровождались охотой, сначала в парке, под присмотром старших, затем в горах самостоятельно. Обучался он всему этому разумеется в компании сверстников своего сословия своей провинции, либо как сопровождающий более знатного, либо сопровождаемый менее знатными. Затем, более или менее обученный он отправлялся к царскому двору (менее знатные отправлялись ко двору сатрапа), где некоторое время служили в отрядах сопровождения царя, обучаясь и военному делу и искусству управления, как правило за это время он участвовал в каких-нибудь боевых действиях. За особую сноровку и какие-либо выдающиеся качества молодой человек мог стать сотрапезником царя или сатрапа и в этом качестве остаться на постоянную службу при его особе. Если этого не происходило, то он отправлялся обратно к отцу, помогая тому исполнять его должность и в случае необходимости отправляясь в конное ополчение, впоследствии заменяя своего отца в исполнении его должности. Затем, в случае войны или интриг он мог занять и более высокую должность в своей сатрапии. Когда Геродот перечисляет персидских командиров неперсидских контингентов, он перечисляет фактически сатрапов или их помощников. Кроме того, эти войска имели своих, более мелких командиров. Таким образом, можно сказать, что персидские командиры были очень хорошо подготовлены к командованию как с точки зрения теории, так и с точки зрения практики. После построения войск полководцы обычно вставали впереди своих войск, воодушевляя их. О том, насколько уважительно относились персы к своим командирам, можно судить по сражению при Платеях, где "бессмертные" и конники Мардония побежали только после его гибели.

    Вооружение и снаряжение персидского кавалериста чрезвычайно напоминало вооружение и снаряжение пехотинца из "бессмертных". За исключением некоторых деталей - шлем мог быть самой разнообразной формы, чешуйчатый доспех кавалеристы не прятали под накидкой. Доспех этот персы как правило золотили, состоятельные кавалеристы вполне могли себе это позволить. Скифы, не имевшие технологии золочения доспеха украшали его еще более вычурно, перемешивая в одном панцире бронзовые и металлические чешуйки и составляя таким образом узор. Также лошадь персидского кавалериста была снабжена доспехом, который защищал скорее всего только шею и грудь лошади и даже назывался словом, которое легче всего перевести как "ошейник". Доспех этот также был чешуйчатый. Что касается остального вооружения персидского кавалериста, то щитов они скорее всего не имели вообще, разумеется имели лук "скифского" образца, описанный выше и акинак.

    В это время кроме акинаков на вооружении кавалерии стали в большом количестве появляться мечи и сабли. Это связано с изменением тактики конного боя. До самого изобретения стремян у любой кавалерии была значительная проблема: невозможность и "копейного" удара и рубки, привстав на стременах диктовали совершенно особенный ход сражения. Кавалеристы некоторое время обсыпали оппонентов стрелами, находясь на безопасном расстоянии и имея полную возможность отойти в любой момент. Затем они спешивались, и достав акинаки атаковали врага в пешем строю. Этот способ боя имел несколько недостатков, прежде всего момент спешивания делал войска слишком уязвимыми. Но когда кавалерия прекратила спешиваться, обнаружились недостатки старого вооружения для нового типа боя. "Копейный" удар был по прежнему невозможен (за неимением стремян, упереться было не во что), а рубка с коня или на конях требовала, конечно, более длинного оружия, нежели акинак. Кроме того лук, занимавший обе руки стреляющего, в рукопашной схватке был очевидно не применим. Поэтому примерно в это время, до широкого распространения в Персии пики-"контос", персидские кавалеристы переходили на самые разнообразные типы мечей и сабель, а также старались вооружиться одним-двумя дротиками. Новый комплекс вооружения, конечно не отменял лук, хотя очевидные неудобства его использования с дротиками в руках заставляли его отмирать в персидской кавалерии. Вторая причина его последующего исчезновения с вооружения как персидской кавалерии, так и пехоты объясняется отнюдь не военными причинами. Разложение как персидской знати, так и "бессмертных" привело к тому, что это оружие профессиональных воинов исчезло из вооружения . При этом надо понимать, что персидская кавалерия отнюдь не представляла собой регулярных войск, а была ополчением феодального типа. Следовательно, при таком перевооружении, часть персов была вооружена по старому, то есть имела комплекс вооружения акинак-лук. Кроме того, конечно, часть воинов сочетало в своем вооружении детали и того и другого вооружения.

    Кроме панциря и шлема персы имели поножи или специальные кавалерийские сапоги из толстой кожи.

    Тактика персидских войск, так же как войск греческих, исходила из имеющегося социального и политического устройства персидского государства. Ксенофонт в "Киропедии" объясняет основную проблему персидской военной организации: необходимость сравнительно небольшим количеством постоянных войск и конного ополчения профессионального, "феодального" типа держать в повиновении и защищать огромную территорию.

    Тактика персидской пехоты прямо исходила из самого мощного оружия, которое было у нее на вооружении - лука. Персы строились в весьма неглубокое построение (вряд ли глубже 4-х шеренг), так как в более глубоком задние шеренги не смогли бы вести прицельную стрельбу. Хотя при необходимости они, видимо, могли построиться в 2 шеренги, а могли и в 8. Персы ставили на поле свои огромные плетеные щиты и начинали стрельбу по атакующим. Расстроив противника и нанеся ему потери, персы переходили в атаку с копьями и акинаками.

    Тактика персидской кавалерии в это время также очень напоминала тактику пехоты. За исключением того, что кавалерист, врубающийся в толпу, уже обстрелянную из луков и расстроенную самим своим движением, конечно, представлял собой страшного противника. При этом тот факт, что сами персы не держали строй оказывался совершенно не важен, противник на момент столкновения всегда представлял собой толпу. Гоплиты, в своем подобии строя еще представляющие за счет напора и удара какую-то опасность для пехоты, были совершенно беспомощны против кавалерии. Не говоря уж о еще более страшном для гоплитов обстоятельстве: гоплитский комплекс вооружения совершенно не позволял ему сталкиваться один на один с кавалеристом. Единственный шанс гоплита был в попытке сохранить строй перед атакой кавалерии, и встретить врага стеной щитов и копий. Такой возможности обычно не было по множеству всяких причин: обстрелу из луков, невозможности сохранять порядок при движении и опасности быть расстрелянным при оставлении на месте . При столкновении же с кавалеристом, когда строй оказывался прорван, копья оказывались почти бесполезными из-за тесноты, а короткие мечи гоплитов мало могли помочь против кавалериста. Еще меньше могли помочь их большие тяжелые щиты, которыми почти невозможно долго парировать удары сверху. И, наконец, главная проблема состояла в том, что гоплит в отличие от кавалериста был совсем не готов к рубке, и технически и психологически.

    Кроме собственно персидской конницы и пехоты в битве при Платеях участвовали бактрийцы, мидяне, индийцы и саки. Мидийцы и бактрийцы носили такое же вооружение, что и персы, саки (скифы) отличались островерхими плотными тюрбанами и в вооружении вместо копья имели обоюдоострые секиры. Индийцы имели "хлопковые одежды" и также были вооружены луками. Все эти войска представляли собой смешанные отряды, включавшие в себя и конницу и пехоту. По способу комплектования скорее всего это были профессиональные воины, находившиеся на службе сатрапа.

    Политическая обстановка

    В 480 г. персидский царь Ксеркс, выполняя план своего предшественника Дария, вторгся в Элладу. Само геополитическое положение стран делало эту войну неизбежной. Персы не могли быть уверены в спокойствии ионийских греческих городов, расположенных на побережье Малой Азии, пока эти города постоянно провоцировались на восстание Афинами и островными греческими государствами. Оставить же их свободными означало иметь постоянный "очаг напряженности" у себя на границах. С другой стороны, Афины не имели других возможностей для экспансии - на материковой Греции развиваться молодому государству было негде, так как в Беотии уже сложился сильный союз вокруг Фив, а на Пелопонессе заканчивалась борьба между Аргосом и Спартой за господство на полуострове. Кроме того, афиняне, как и малоазиатские греки принадлежали к ионийскому племени, были связаны общим преданием и культом. Спарта же к этому времени - традиционный лидер эллинского мира. Спартанцы пытались воспрепятствовать персидскому продвижению к Греции давно. Они не успели на помощь и к лидийцам во время их завоевания персами и к египтянам, с которыми были связаны союзом. Борьба с Аргосом и здравомыслие помешало им вмешаться в Ионийской восстание и они не послали помощи восставшим. Тем не менее для города, претендующего если не на господство в Элладе, то во всяком случае на верховенство подчиниться было совершенно немыслимо. Совершенно по другому обстояло дело с точки зрения остальных греческих городов. Персидское господство, весьма мягкое, обеспечивало внешнюю безопасность и открывало самые широкие перспективы для торговли. Поэтому большинство городов сразу дали "землю и воду" персидским послам, признав их владычество.

    Таким образом, стратегия в войне как всегда диктовалась соображениями политики. И мы видим, что всю войну для Спарты главным оставалась оборона Пелопонесса, и сохранение своего престижа. Для Афин главным в войне было создание своего союза из ионийских городов, бывших в подчинении у персов, для чего необходимо было создание мощного флота. Персидскому царю было необходимо в первую очередь сокрушить Афины, как источник беспокойства, собственно Пелопонесс имел гораздо меньшее значение, поэтому целями персидских операций все время был именно этот город.

    Политическая подготовка к войне шла с 481 г. В это время персидский царь прибыл лично в Сарды и начал переговоры с греческими полисами. Обещание подчиниться царю дали почти все области Северной и Средней Греции - Македония, Беотия, Фессалия, Локрида. Аргос, обессиленный своей борьбой со Спартой предпочел остаться нейтральным. Скорее всего, аргосцы присоединились бы к персидской армии, если бы та дошла до Пелопонесского полуострова, но признавать себя персидским союзником, будучи со всех сторон окруженным спартанскими союзниками, было бы чистым безумием.

    В том же 481 г. был собран "общегреческий" конгресс на Истмийском перешейке. Фактически этот конгресс был всего лишь заключением оборонительного союза между Спартой и Афинами, который предусматривал превентивные действия против персидских союзников в Греции.

    Попытки афинян и спартанцев подготовиться к войне были далеко не удовлетворительны, дипломатией им мало чего удалось добиться. Фессалийцы держались весьма двусмысленно, Беотийский союз также занял весьма проперсидскую позицию. Аргос из-за вражды к афинянам и спартанцам остался нейтральным. Пожалуй, единственным успехом можно считать совместное давление на Эгину, которую заставили не вступать в союз с персами.

    Пытаясь воспрепятствовать вторжению персов, эллины отправили 10 тыс. гоплитов в Фессалию, чтобы задержать там персов и удержать фессалийцев на своей стороне. Однако этих незначительных сил не могло хватить на оборону всех горных проходов и гоплиты отплыли морем обратно на Истмийский перешеек. Фессалийцы, не надеясь выиграть войну в одиночестве, сразу же после этого признали персидский протекторат.

    К Фермопильскому ущелью же отправили более 5 тыс. гоплитов во главе со спартанским царем Леонидом. Ущелье это было перегорожено стеной и перед стеной находятся потоки, специально пущенные с гор из горячий ключей. Эта позиция имела еще и то преимущество, что защищенная с морем флотом не позволяла обойти с моря обороняющихся.

    В это время персидский флот был страшно потрепан бурей у Магнесии - персы потеряли около 400 кораблей.

    После нескольких безуспешных штурмов Фермопильского прохода персам удалось узнать об обходной тропе, которую охраняли 1000 фокейцев. Благодаря неожиданному нападению персам удалось отбросить их от тропы и они спустились в долину. Большая часть армии греков рассеялась при этом известии, при Леониде остались только его 300 спартанцев царской охраны, 700 феспийцев и 400 фиванцев (которых Леонид оставил насильно, как заложников). Сам он остался, получив приказ удерживать проход и намереваясь исполнять его до последней возможности. Сначала они отбивали атаки противника с фронта, затем отошли на холм у выхода из теснины и защищались там от атак со всех сторон. Там погиб и Леонид, за тело которого произошла жестокая схватка, и все остальные защитники прохода.

    Одновременно с прорывом персов у Фермопил произошло морское сражение при Артемисии. Греческий флот действовал достаточно успешно, но поражение сухопутных сил заставило греков отойти к Аттике.

    Персидская армия, пройдя Среднюю Грецию, вторглась в Аттику. Пелопонесцы, составлявшие теперь почти всех союзников предлагали отойти к истмийскому перешейку и защищать собственно Пелопонесс. Афиняне же, эвакуировавшие свое население из Аттики и перевезшие детей и женщин на Эгину и на Саламин, настаивали на том, чтобы дать персам морское сражение. Персы уже разорили всю территорию Аттики и, взяв Афины сожгли их. Афинянам удалось убедить союзников дать сражение. В узком проливе между островом Саламин и Аттикой искусство финикийских мореходов, лучшее качество и маневренность их кораблей не могли иметь никакого значения. Персидский флот был разгромлен.

    В это время сама пространность Персидского государства пришла на помощь Элладе. В северо-восточных, самых важных областях державы вспыхнуло могучее восстание. Ксеркс не мог больше оставаться в Греции, тем более что свою формальную задачу - наказать Афины за вмешательство во внутренние персидские дела он уже выполнил.

    Поэтому он оставил в Греции только своего полководца Мардония, оставив ему как раз те войска, что происходили из восставших сатрапий и усилив его персами. Основная же армия персов беспрепятственно отступила обратно.

    Сражение при Платеях

    Перезимовав в Фессалии Мардоний в 479 г. опять двинулся в Аттику. Предложив афинянам союз и получив отказ он вторично разорил их земли.

    На море же никаких активных действий не предпринималось. Остатки персидского флота отошли к о. Самос, греческий же собрался у Делоса. Но оба флота опасались двигаться вперед.

    В это время спартанец Павсаний, возглавивший армию союзников, опасаясь выхода Афин из союза, вторгся в Беотию с основными силами эллинов из Пелопонесса. Мардоний отошел туда же, опасаясь за свои коммуникации и не имея возможности снабжать армию в разоренной Аттике.

    Мардоний подготовил в Беотии укрепленный лагерь, чтобы было куда отступать после сражения и стал ждать, когда эллины спустятся с отрогов Киферона, где встал Павсаний с армией. Греки не желали спускаться, опасаясь персидской конницы, персы же не желали атаковать греков на горе. Некоторое время прошло в нерешительных стычках - превосходная персидская кавалерия очень досаждала противнику. Мардонию не было никакого смысла атаковать греческую армию. При ее рыхлости и отсутствии нормальной службы снабжения они сама вскоре разошлась бы по домам и афиняне вынуждены были бы принять персидские предложения. По этим же причинам решительное сражение было совершенно необходимо грекам. Однако у Павсания оставалась надежда, что персы сами перейдут в наступление.

    Мардоний, по вышеуказанным причинам не стремился давать сражение на уничтожение вражеской армии. Он небезосновательно был убежден, что с помощью действий на коммуникации греков и изматывания союзной армии в мелких стычках он вскоре заставит ее разойтись. Поэтому обнаружив оборонительную позицию Павсания он приступил к соответствующим действиям. Он отправил всю свою конницу во главе с Масистием, чтобы та обстрелом из луков изматывала греческую фалангу. Греки оказались совершенно не готовы к такому обороту - они несли значительные потери и не могли перейти к контратаке, так как опасались персидской конницы. Мегарцы, несшие основные потери, пообещали покинуть место в боевом строю, если их не сменят. Конечно, менять их другими отрядами таких же беспомощных гоплитов никто не пожелал. Спасти ситуацию смогли только афиняне, сделавшие должные выводы из сражения при Марафоне и имевшие 200 скифских стрелков из лука и 300 всадников. Они отправили оба эти отряда на помощь мегарцам, скорее всего в пешем строю, так как вряд ли могли бы на конях противостоять противнику. Маневр оказался достаточно действенным, фалангу удалось прикрыть, вдобавок эллинам помогла случайность - под Масистием убили коня, а затем и убили.

    Потрясенные гибелью военачальника, персидская конница бросились в атаку, стремясь спасти тело своего полководца. Им с легкостью удалось опрокинуть афинских всадников и стрелков, но когда к месту схватки подошла фаланга, персам пришлось отойти перед численным превосходством противника.

    Греки, ободренные тем, что им удалось оставить поле боя за собой, решились спуститься с отрогов Киферона и поменять место стоянки, так как на этом месте снабжение водой было затруднительно. Армия перешла к р. Асопу, и персы не препятствовали им, справляя траур по Масистию. Там эллинская армия опять заняла оборонительную позицию на невысоких холмах в Платейской области. Там собралась вся греческая армия - 33 тыс. гоплитов и 35 тыс. легковооруженных илотов:

    1. Лакедемоняне - 5000 спартиатов, 5000 периэков, 35000 илотов
    2. Тегейцы - 1500 гоплитов
    3. Коринфяне - 5000 гоплитов
    4. Потидея - 300 гоплитов
    5. Орхоменцы (Аркадия) - 600 гоплитов
    6. Сикионяне - 300 гоплитов
    7. Эпидаврийцы - 800
    8. Трезена - 1000 гоплитов
    9. Леприаты - 200 гоплитов
    10. Тиринф (Арголида) и Микены - 400 гоплитов
    11. Флиунт - 1000 гоплитов
    12. Гермион - 300 гоплитов
    13. эретрийцы и стирейцы - 600 гоплитов
    14. халкидяне с Эврипа - 400 гоплитов
    15. амбракиоты из Феспотидского Эпира - 500 гоплитов
    16. Анактория, Левкада - 800 гоплитов
    17. Паллейцы из Кефалонии - 200 гоплитов
    18. Эгинеты - 500 гоплитов
    19. Афиняне - 7500 гоплитов, 200 скифских лучников и 300 всадников
    20. Платейцы (Беотия) - 600 гоплитов
    21. Мегарцы - 300 гоплитов
    22. Тенийцы, о-в Наксос, кифнийцы, стирейцы с Эвбеи, элейцы о-ва Кеос и Мелос всего около 5000 гоплитов.

    Им противостояла армия Мардония - всего около 14.000 пехоты и 6.000 конницы.

    1. Персы - 4000 пехоты и 2000 конницы
    2. Мидяне - 2000 пехоты и 1000 конницы
    3. Бактрийцы - 1000 пехоты и 1000 конницы
    4. Индийцы - около 1000 пехоты и конницы
    5. Саки - 1000 конницы
    6. Беотийцы, локры, малийцы, фессалийцы, 1000 фокийцев, македоняне - примерно 7000 человек пехоты и 1000 конницы

    Восемь дней две армии стояли друг напротив друга, разделенные р. Асопом. Затем Мардоний, видимо достаточно разведав местность, приступил к активным действиям, он отправил конницу на коммуникации эллинской армии и предприятие тут же увенчалось успехом. Коннице удалось захватить 500 повозок с продовольствием, следующих к армии. Геродот рассказывает, что после этого Мардоний, начавший тяготиться бездельем, решил дать грекам сражение. Но его рассказ, упорно приписывающий персам желание атаковать, в этом месте совершенно противоречит всей оперативной обстановке - мы знаем, что Мардоний захватил эллинский обоз, и мы знаем, что через два дня эллины отступили, желая восстановить свое снабжение. Так какой же смысл был для Мардония в решительном сражении против армии, которая почти разбежалась сама через два дня? Сама оперативная обстановка показывает, почему Мардоний дал приказ готовиться к сражению, он понимал, что греки остались без продовольствия и у них оставалось только два варианта действий: либо отступить, либо попытаться дать персам решительное сражение. В обоих случаях персидская армия должна была быть готова к решительным действиям.

    Два дня после захвата обоза персы продолжали беспокоить греков стрельбой. Позиция греческой армии позволяла конным лучникам не допускать эллинов до воды и им приходилось ходить за водой к источнику Гаргафия. Итак, чтобы довести греков до последнего предела, оставалось только лишить их еще и воды. Поэтому Мардоний решил еще раз побеспокоить греческую армию и приказал своей коннице сделать еще один набег, желая спровоцировать противника на сражение или окончательно заставить отойти из Беотии. Набег был вполне успешен, персидские стрелы опять причинили беспомощному противнику большие потери, к тому же персам удалось засыпать источник Гаргафию, откуда черпало воду все войско.

    Отрезанные от воды и от продовольствия греки решили ночью отправить половину своих войск на Киферон, дабы восстановить снабжение, другой же половиной отойти к р. Оерое, чтобы иметь воду. Но вместо отступления в назначенные места ночью греки, стоявшие в центре (6,2 т. гоплитов), почти бежали, желая избавиться от персидской кавалерии к г. Платеям.

    На месте остались афиняне и спартанцы с тегейцами. Понятно. что афиняне все еще надеялись на сражение - для них оно было жизненно важно. Также спартанцы, понимающие, что исход войны почти предрешен все еще собирались попытаться каким-то образом переломить ход событий. Полководцы оставшихся войск снеслись между собой и решили отступить к ручью Амомфарету и, видимо, назначили встречу у святилища Деметры. Спартанцы начали отступать туда, а афиняне двинулись в обход холмов вдоль по долине, проходящей сзади прежней позиции греческого войска, стремясь примкнуть к левому флангу спартанцев.

    В это время персидская конница, не найдя греческого войска на его месте, двинулась через холмы. Мардоний, узнав, что греческое войско ночью отступило, разумеется решил, что ему осталось только преследованием истощенного противника довершить блестящую операцию. Он двинул все свои войска на преследование спартанцев. Спартанцы отправили гонца с просьбой о помощи к афинянам, умоляя их прислать хотя бы лучников, если фаланга окажется слишком медленной. Однако афиняне не успели даже отправить лучников, потому что с холмов на них уже двигались фиванцы и другие греческие союзники Мардония. Афинянам, вытянутым в походной колонне, было не сложно развернуться в боевое положение, так как им требовалось просто повернуться налево и удвоить ряды, превратив четыре шеренги походного положения в восемь шеренг боевого. Поэтому они вполне спокойно встретили фиванцев. Те же, не видя находящихся в долине афинян, свалились в долину безо всякого порядка, будучи убеждены в том, что им предстоит только преследование. Исход этой схватки был предрешен, афиняне с легкостью опрокинули почти всех греков.

    Фиванская конница прославилась в этом сражении больше своей пехоты. Всадники эти двигались между эллинами правого крыла Мардония и собственно персами. Спускаясь в долину, они прошли между спартанской и афинской фалангами. В это время в оголенный центр начали подтягиваться войска, бежавшие ночью к Платеям. Торопясь все-таки на помощь спартанцам, около 10 т. коринфян и других эллинов беспорядочной рекой текли по долине. Всадники врезались в эту массу как стальной прут в трухлявый пень и почти треть союзного войска была остановлена и загнана на Киферон. Однако этот значительный успех уже не мог спасти положения - афиняне, обратив в бегство своих противников, ударили в тыл и фланг победоносной коннице. Часть из них они, видимо, отрезали от своих и полностью перебили - это были 300 отборных фиванских аристократов.

    В это время на правом фланге греческой армии Мардоний, спустившись в долину, обнаружил вместо отступающей колонны спартанцев вполне готовое к сражению войско. И имея не более 4 т. пехотинцев и 2 т. всадников Мардоний неожиданно вышел на 11,5 т. спартанцев и тегейцев . Он приказал пехоте развернуть укрепление из щитов и начать стрельбу из луков, ожидая остальные отряды. Персы начали осыпать противника стрелами, и Павсаний долгое время не решался атаковать их, возможно, ожидая подхода греков центра. В это время тегейцы, утомленные персидской стрельбой, двинулись в атаку и спартанцы были вынуждены поддержать союзников. И весьма вовремя - Артабаз, заместитель Мардония, командовавший остальными частями персов, не поспел на помощь своему начальнику и 4 т. мидийской, бактрийской и индийской пехоты не успели принять участие в сражении. Судя по всему этот военачальник, по своему характеру весьма осторожный полководец, весьма чинно двигался наверх по холмам, стремясь ввести свои войска в бой в порядке, возможно также, что в месте его движения склоны холмов оказались круче, во всяком случае он значительно отстал от правого и левого флангов.

    Спаянные своей великолепной дисциплиной, спартанцам удалось выдержать стрельбу лучников и дорваться до персидской пехоты, однако опрокинуть ее одним ударом не удалось. Дело дошло до рукопашного боя, в котором персы хоть и были сильнее, но двукратное превосходство противника давало о себе знать. Тем не менее сражение висело на волоске, и вокруг святилища Деметры произошла страшная резня. На помощь персидским пехотинцам пришел и Мардоний с остававшимся у него последним резервом - двумя тысячами всадников. Сокрушительная атака имела успех и неизвестно, чем кончилось бы дело, но к сожалению, бой своей конницы возглавлял сам Мардоний. Этот прекрасный стратег был убит в ожесточенном бою, с ним вместе пала почти тысяча его всадников. Гибель полководца оказалась соломинкой, сломавшей спину верблюда - персы не выдержали и побежали. Артабаз, к этому времени взошедший на холм и обнаруживший, что оба фланга совершенно разбиты, начал отступать, так и не вступив в сражение.

    Лаконцы преследовали их в строю, то есть весьма медленно, что позволило персам закрепиться в лагере и достаточно долго отбиваться. Лагерь был взят уже после подхода афинян и с их помощью. Геродот пишет, что от всей персидской армии осталось в живых 3 т. человек, не считая отошедших вместе с Артабазом и греков. Число это кажется весьма реальным - это остатки левого фланга которым командовал Мардоний. Весь фланг насчитывал 6 т. человек, часть из них погибла в бою и во время преследования и около тысячи, видимо, было перебито в лагере.

    Потери победителей были весьма значительны. Спартанцы потеряли 91 человека только спартанцев, не считая периэков. Считая количество раненых в 10 раз больше, получаем число в тысячу человек - 1/5 всего контингента. Столько же потеряли спартанские периэки. Геродот сообщает также о потерях у тегейцев - 16 человек (160 с ранеными) и у афинян - 52 (520 с ранеными). Заметная разница в потерях вполне объяснима - афиняне решили дело со своими противниками одной удачной атакой, не вступая в рукопашный бой, а затем ударили во фланг и тыл фиванцам, также не понеся значительных потерь. Спартанцам же и тегейцам пришлось выдержать очень тяжелое сражение. Остальные греки потеряли только убитыми 600 человек благодаря атаке конницы в центре, соответственно вместе с ранеными до 6 т. человек.

    Так закончилось самое большое и решающее сражение этой войны. Эллины согласно данной клятве одну десятую часть огромной добычи посвятили богам, остальное же разделили между собой. Под угрозой штурма Фив и разорения Беотии фиванцы были вынуждены выдать сторонников союза с персами, которые и были казнены.

    <<<назад

    war-ellada.narod.ru


    Смотрите также